Влада.
-Бабуль, к сожалению, мы уже улетаем, но обещаем, что в следующий раз уже приедем втроём,-она обняла меня, чуть не заплакала, пока прощались около такси.
Всего случившегося не буду ей говорить. Сердце снова может не выдержать. А она мне нужна живой.
Сейчас она поедет домой, а мы в аэропорт.
-Влада, извини, что вчера так получилось, здоровья тебе и ребёнку, пусть родится здоровым, люблю тебя,-прикоснулась губами моей щеки и поцеловала.
-И я тебя люблю.
Обнялась с Мишей, который тоже очень полюбил мою бабушку. Сегодня в такси признался, что почувствовал в ней бабушкину боль, которую не видел в Валентине Сергеевне. В тот момент, мне оставалась взять его за руку, чтобы поддержать.
Бабуля села в такси и уехала домой, а мы стояли смотрели на эту картину, махая руками. Как будто я вернулась в детство и снова пришло время уезжать от бабушки домой к родителям.
В самолёте всё прошло благополучно. Я спала, а Миша читал электронную книжку про воспитание и про новорождённых детей. И иногда слышала какие-то отрывки слов, но ничего не запоминала. Уж очень клонило в сон. В беременность это особенно стало выделяться.
Первых делом мы поехали не домой, а к папе и к тёте Свете. Решили навестить их. Да и Миша был не против.
-Миш, как-то неудобно без ничего ехать,-увидев продуктовый магазин, я потащила Мишу за собой, чтобы купить тортик и фруктов побольше.
Позвонила папе в домофон и обрадовали, что мы пришли к нему, чтобы попробовать все его чаи, которые он сам собирает и сушит, а после кладет их по контейнерам. Например: липовый, мятный, ромашковый.
-Добро пожаловать, дети,-папа встретил нас с Мишей улыбкой и обнимашками. Мне было очень приятно.
-Папочка, я так соскучилась.
-Здравствуйте,-Миша как-то не по-доброму пожал ему руку. Все равно ведь он знает, что тот продал меня ему в обмен на карточный долг.
Мне тоже было очень тяжело простить папу, но я поняла, что кроме папы и бабушки у меня больше никого нет, их я потерять не могу. Да, все равно какая-то обида есть, но я стараюсь не показывать этого.
Тут из угла вышла тётя Света в синей пижаме, вытирая руки об полотенце.
-Привет, Владочка, как у тебя дела?
-Здравствуйте, хорошо, спасибо.
-Проходите, не стойте в дверях, мы не знали, что вы придёте, поэтому ничего такого не готовили,-папа рукой пригласил нас на кухню, беря из моих рук шоколадный торт.
Я села рядом с Мишей, который явно был не в настроении.
-Миш, не злись, пожалуйста, ты же сам хотел прийти,-рукой погладила его по спине.
-Я ради тебя, тебе сейчас нужна семья, я не могу у тебя её забрать, хочу, чтобы ты чаще виделась со своим отцом.
-Пап, кстати, бабушка передавала тебе привет и сказала, чтобы я ей отправила нашу семейную фотографию.
Тетя Света посмотрела на меня косо, как будто я что-то не то сказала.
-Конечно, Владушка.
Достав телефон, зарядка была на нуле и у Миши тоже, как не кстати, я решила попросить телефон у папы, он добродушно согласился.
Попросили тётю Свету сфотографировать нас. Папа показывал большой палец, а Миша ставил мне рога, я держала руку на животе, чтобы навсегда запечатлеть этот момент, что на этой фотографии нас было четверо, а не трое.
Тетя света ничего не скащал, значит, знала про это.
Пошла в свою комнату, так как сеть на кухне ловила недостаточно, чтобы загрузить фото.
Зайдя в галерее, стала листать фотографии и видео. Тут были и фотографии с тётей Светой, карты, природа, еда, а вот это что за видео десятилетней давности?
Нажав, первым что я увидела – это наш балкон, на котором стояли мама и папа, сделав звук погромче, услышала, что они ругаются. Мама дает пощёчину папа, а после папа толкает её, и она вываливается за балкон, папа даже не помогает ей, а берет руки в телефон и снимает, как мама разбивается об траву.
-Неееееееет, мамааааа,-бросила телефон в сторону, пусть разобьется.
Сейчас я хочу стереть себе память, чтобы я не помнила этого видео и не знала, что это папа толкнул маму и она умерла, даже не помог ей. Лишил меня матери из-за своей глупой ревности. Никогда не прощу его.
Прибежал Миша, который был взволнован этим криком. Начал болеть живот, взявшись за живот, заметила пятно крови, от которого мне стало волнительно. Я знала, что это означает и не хотела бы, чтобы это случилось со мной сейчас.
-Миша, помоги нам,-сев на корточки, я начала плакать от сильной боли, но Миша поднял меня и потащил прочь, оставляя тётю Свету и даже не могу называть отцом, одних.