Я непроизвольно хмурюсь и опускаю глаза на свои руки, сжатые на коленях. Мысль о высшем балле начинает уплывать, как дым. Остается только надеяться, что профессор не будет дальше заваливать вопросами, на которые нет заранее выученных ответов.
— «Нейромаркетинг. Как влиять на подсознание потребителя» Роджера Дули, — выдает Кай ровным голосом, и я с нескрываемым удивлением поднимаю на него глаза.
Откуда?
— Неплохо, — бормочет Дерек. — А учебные материалы, которые были написаны в ближайшие годы? — Он приподнимает бровь, и я невольно кусаю губу, чувствуя, как ногти впивается в ладонь.
— «Маркетинг 6.0» Филипа Котлера, — пожимает плечами Кай, как будто это само собой разумеется.
— Вижу, что готовились, — кивает профессор, скорее сам себе, и в его тоне появляется оттенок уважения. — Ну, что ж, результаты объявлю в конце пары. Ворген и Диего, вы следующие.
Я прохожу к своему месту, и выдыхаю с таким глубоким облегчением, что начинает кружиться голова. Кай садится рядом, и его плечо почти касается моего. Он молча, с легкой усмешкой, наблюдает, как парни у доски лихорадочно ищут свою презентацию на флешке. Диего подмигивает Филу, и тот разворачивает на полный экран первый, яркий слайд. Я наклоняюсь к Каю, преодолевая остаточную дрожь в коленях, и радостно шепчу ему на ухо:
— Ты стойко держался. Я даже не знала, что ты это читал.
— Я же говорил, что не подведу тебя, — подмигивает он мне, и в его карих глазах вспыхивает озорная искорка, которая заставляет что-то теплое растопиться у меня внутри.
Я довольно киваю, все еще не веря своему везению, и отрываю маленький, ровный листочек из тетради. Беру ручку и быстро, старательным почерком, пишу:
Кай, после пар придется задержаться и помочь Дорис с украшением актового зала.
Протягиваю свернутый вдвое листочек Фей под партой. Он берет его, и я слышу его тихое, сдавленное хмыканье.
— Прям как в школе, — шепчет он, его плечи слегка вздрагивают от смеха.
— Что, не нравится? — спрашиваю я, цокая языком, но сама не могу сдержать улыбки.
— Все отлично, — говорит он, и вдруг быстрым, легким движением щелкает меня по кончику носа.
Я моргаю от неожиданности, а он уже разворачивает записку. Кай берет мою ручку прямо с раскрытой тетради, его пальцы ненадолго касаются моих, и пишет ответ, пока я пытаюсь отвлечься на Диего, который у доски объясняет какую-то сложную круговую диаграмму. Через мгновение Кай протягивает листок обратно. Разворачиваю его и сразу читаю размашистый, уверенный почерк:
Если только в твоей компании, Снежик. То я и на край света пойду.
— Балабол, — хмыкаю я, чувствуя, как по щекам разливается предательский жар, и быстро прячу листок между страницами тетради, будто это улика.
— Хочешь убедиться в этом? — спрашивает он, прищурившись и изучая мое смущенное лицо.
— Посмотрим, — пожимаю я плечами, стараясь казаться невозмутимой, и смотрю на доску. — Время покажет.
— А когда я от тебя услышу самую сокровенную тайну? И получу совместную игру? — его шепот становится еще тише, почти интимным.
Я зажмуриваюсь на секунду, чувствуя, как сердце делает непроизвольный скачок. Точно! Как я могла забыть про наш спор? Открываю глаза и, убедившись, что никто не смотрит, произношу еще тише:
— Во время подготовки зала к балу я расскажу, — говорю я и откидываюсь на спинку стула, пытаясь унять внезапное волнение, подступившее к горлу.
— Договорились, — подмигивает мне Кай, и в его улыбке столько обещаний, что мне становится одновременно и страшно, и безумно интересно.
Пара наконец подходит к концу, и профессор Дерек, дотошный и неторопливый, пробегает по списку нашей группы глазами, время от времени довольно кивая.
— Объявлю ваши результаты и будете свободны, — произносит он, откладывая блокнот. — Герасимов и Фраймель — пятерка. Вижу, что владеете материалом и ответили на все вопросы.
Ник молча, но с явным удовлетворением отбивает условную «пять» у Норы, а она поворачивается к нам, и ее лицо озаряется такой радостной, сияющей улыбкой, что мне самой становится теплее. Я наклоняюсь к ним и шепчу:
— Вы молодцы.