— Ты все слышал? — спрашиваю я равнодушным, усталым тоном.
— Ага, — говорит он, смотря то на меня, то на Нору, его лицо непроницаемо. — Если ему реально угрожает опасность, то вам пригодится помощь.
— Но зачем тебе это? — хмурится Нора, скрещивая руки на груди, её поза выражает глухое недоверие. — Тебе ради кого рисковать?
— Не поверишь, но я хочу посмотреть в глаза человеку, который убил моего друга, — слишком просто, буднично говорит Адам, и в этой простоте слышится пугающая решимость. — Возможно, получится отомстить.
— Месть — это не выход, — бурчу я, чувствуя, как от его слов в груди сжимается холодный ком. — Когда на кону стоит чья-то жизнь.
Миллер переводит на меня равнодушный, пустой взгляд и коротко выдыхает.
— Я не хочу вешать всю ответственность на себя, — вдруг, слабо заявляет Нора, её голос дрожит. — Может, помощь попросим у более сильных, кто лучше владеет даром?
Снимаю тонкие кольца с пальцев, чувствуя, как металл сопротивляется, и с силой откидываю их в сторону, чтобы не мешали. Устало, с безнадегой смотрю на Фраймель.
— Пока вы будете бегать в поисках людей, — рассуждает Адам вслух, его голос режет тишину, — Кай уже умрет. Хотя, может, и того похуже…
— Ладно-ладно! — взвизгивает Нора, и в её голосе слышится истеричная нота. Она резко взмахивает рукой, и на стене возле нас, со свистом разрезая воздух, образуется портал, мерцающий нестабильным синим светом. — Но я пойду с вами.
— Кто бы сомневался, — произносит Адам и, не колеблясь ни секунды, первым вступает в портал, его фигура растворяется в сиянии.
— Никогда не думала, что всё обернётся так… — грустно, потерянно улыбается Нора, опуская глаза.
— Нор, всё будет хорошо, — подбадриваю её я, но у самой на душе скребут кошки и пахнет паникой. — Если убийца владеет тем же даром, что и я… с ним можно побороться. Порой я сама не знаю, что ожидать от своего дара.
Фраймель обнимает меня внезапно, крепко, будто в последний раз, а я легонько, ободряюще стучу ей по спине ладонью.
— И долго мне вас ждать? — высовывает голову из мерцающей глубины портала Адам, указывая большим пальцем за спину. — Там уже, по-моему, Кая избивают, пока вы тут обнимаетесь.
Нора отшатывается от меня с испуганным взглядом, смотря, как Миллер исчезает обратно, а я, схватив её за запястье стальным захватом, делаю глубокий, решающий вдох и исчезаем в портале. Резкая, густая тьма и ощущение падения обволакивают нас, вырывая из привычного мира.
***
Кай
Оглядываю двухэтажный заброшенный дом, ощущая тяжесть опасности на плечах. В окнах виднеются жуткие осколки стекла, словно черные зубы, прогнившие доски торчат неровными щепками, а в стенах видны темные дыры, словно раны. Прохожу вдоль постройки, медленно, крадучись, изучая каждый сантиметр, ищу хоть какое-нибудь место, из которого в случае чего получится незаметно проскользнуть внутрь. Через дверь не особо есть желание заходить — сердце сжимается от дурного предчувствия, мало ли засада, а в отключке, беспомощным, находиться не хочется.
Останавливаюсь на повороте и вижу, что от стены дома отходит полуразрушенный забор с ржавой колючей проволокой. Значит, вариантов не так много: либо через окно, либо через пространство между досками, где тлен и паутина. Хотя можно воспользоваться даром и поджечь этот дом. Но с другой стороны, внутри могут находиться невинные люди, которых могли взять в плен, использовать как приманку. Кто знает, что у этих убийц в голове? Я медленно, заставляя себя дышать ровно, возвращаюсь к входу и слышу противный, протяжный скрип старой деревянной двери.
Она сама по себе распахивается, будто по приглашению, и с глухим стуком бьется об стену дома. В последний раз оглядываюсь через плечо, щурясь в сумерках, но никого не заметив, чувствуя ледяную дрожь по спине, медленно переступаю порог и сразу, резко осматриваюсь — никого. Пустота и запах плесени. Дверь за мной захлопывается с оглушительным грохотом, и я сразу, вздрогнув, оборачиваюсь, сердце колотится где-то в горле. Возле нее не оказывается никого. Я хмурюсь, пытаясь унять дрожь в руках, но зрение еще не привыкло к густой, почти осязаемой темноте.