Кай уже мчится вперед, изучая комнаты на бегу, его взгляд лихорадочно сканирует пространство. И тут его с размаху, невидимой силой прижимают к стене. Я не вижу нападающего, только слышу сдавленный выдох Кая. Фей формирует в свободной руке яркий, яростный огненный шар, свет от которого отражается в ледяных стенах.
— Мало я тебе поставил ожогов? — говорит он сквозь стиснутые зубы, его голос низок и опасен. — Могу добавить.
— Кай, не надо, — произношу я, подбегая к нему и кладя руку ему на плечо, пытаясь удержать. И тут же в тишине, прямо рядом со мной, раздается голос.
— Нора, уходи отсюда. Это не твоя битва.
— И не твоя тоже, — произношу я, переводя взгляд с Кая на пустоту рядом с ним, в то место, откуда донесся голос. Внутри все сжимается от боли и непонимания.
— Ты не поймешь, — хмыкает Ник, и в его голосе слышится усталость и что-то еще, похожее на стыд.
— Так объясни мне! — кричу я, протягивая руку в пустоту, как будто могу его таким образом достать, вытащить на свет. — Объясни, что происходит!
Вдруг с верхнего этажа доносятся приглушенные, но ясные голоса — Снежки и Нолана. Кай, услышав их, срывается с места, пытаясь вырваться, но его снова удерживает невидимка. Он психует, рычит от ярости и ударяет сжатым кулаком, обернутым пламенем, в пустое пространство перед собой. Огонь касается чего-то невидимого, и раздается сдавленный крик. Тут же, из ниоткуда, проявляется Ник, он корчится, скрючившись, и отстраняется к противоположной стене, зажимая живот, где на рубашке проступает дымящееся пятно. Фей бросает на него один быстрый, полный сложной жалости взгляд, но его внимание уже захвачено лестницей. Он срывается с места и мчится туда, его шаги гулко отдаются в ледяном коридоре.
Я падаю на колени рядом с Герасимовым на холодный пол. Изучаю его лицо: на правой щеке у него гигантский, страшный ожог, кожа покраснела и покрылась пузырями, один глаз не открывается.
— Ник, — зову я его тихо, и он медленно, с трудом поворачивает ко мне голову. Его взгляд затуманен болью. — Неужели все это… того стоило?
— Нор, я обязан ему жизнью, — говорит он, и слова даются ему с трудом, он морщится от нового спазма. — Обязан.
— Почему? — спрашиваю я, осторожно приподнимая его руки и замирая, увидев изуродованную, обожженную кожу на предплечье.
— Он спас моего брата, — шепчет он, отводя глаза в сторону, будто не в силах смотреть на меня. — Моя мать работает круглыми сутками на нескольких работах…
— Я знаю, Ник, знаю! Но это не повод убивать людей! — голос срывается, в нем звучат и слезы, и ярость.
Я замечаю, как правая сторона его тела, куда попал огонь Кая, продолжает покрываться новыми, страшными ожогами, кожа чернеет на глазах.
— Не перебивай, Нор, — говорит он, и в его голосе слышится странное спокойствие обреченного. — Нам денег хватало на банальные базовые потребности. Я тоже устроился на подработку, но платили мизерную зарплату. Которая позволяла покрывать только секцию брата, а он не мог бросить это, потому что горит. И мать настаивала, чтобы он занимался футболом. Но не все так гладко. На одной из тренировок он получил травму. Соответственно, появилась проблема финансовая — на операцию, препараты и врачей. Нам пришлось бы без продыху пахать полгода, но брат бы не выжил. В какой-то из дней я просто сдался и решил пойти в бар, чтобы просто забыться от этой проблемы. Там я встретил Нолана. Он выслушал… и помог с деньгами. Сразу. Без вопросов.
— Ник, но почему ты не обратился ко мне? Или к Снежке? — произношу я, дыхание перехватывает. — Мы бы помогли!
— Ты серьезно? — хмыкает он, и это хмыканье оборачивается болезненным стоном. — Это только мои проблемы. Мой крест.
— Но к Нолану ты обратился! А сейчас выполняешь его грязную работу! — говорю я, проводя по его обожженной руке своей ладонью, боясь причинить боль. — Я ничего говорить не буду, но вы делали вещи незаконные. Ник… мы можем все исправить.
Он молчит, просто прикрывает глаза, ловя ртом воздух короткими, прерывистыми вздохами. Я с ужасом смотрю, как ожог уже поднимается к его шее, красная, пузырящаяся кайма ползет вверх. Вскакиваю на ноги, сердце колотится в панике. Не думая, на автомате, формирую рядом портал — выход отсюда, к Герде. Тяну Ника за здоровую руку, пытаясь поднять.