Она медленно прохаживается вдоль стола, проводя пальцами по пыльной поверхности, явно растягивая время. Я вижу это по ее бегающим глазам, которые избегают прямого взгляда.
— Ужин я готовить не буду, — бурчу я, отводя взгляд к окну.
— А я не про ужин пришла узнать, — хмыкает она, останавливаясь напротив.
— Правильно, Герда, не соглашайся, чтобы Кай готовил, — фыркает Ли, свесив лапки с подоконника и покачивая ими в такт своим словам. Она делает вид, что давится. — У меня здесь до сих пор стоит комом его недожаренное мясо.
— Ты просто не ценитель изысканных блюд, — огрызаюсь я, с силой отталкиваясь от стола и поднимаясь на ноги.
Подхожу к шкафу, резко дергаю ручку. Схватившись за ворот толстовки, стягиваю ее через голову одним движением, оголяя торс. Герда мгновенно опускает глаза, уставившись на паркет, а я лишь хмыкаю.
— И долго будешь молчать? — интересуюсь я, перебирая в беспорядке разбросанные футболки на полке.
— Сможешь сходить на пункт выдачи и в пекарню на соседней улице? — выпаливает она, складывая ладони лодочкой в умоляющем жесте и подступая ко мне ближе.
— Опять очередную книгу забрать? — фыркаю я, натягивая на себя первую попавшуюся серую футболку. — Такими темпами у тебя будет собственная библиотека.
— Эх, было бы неплохо, — хихикает она, мечтательно закатывая глаза.
— Ладно, схожу, — резко захлопываю дверцу шкафа, и стекло звякает. — Только с тебя ужин. А что в пекарне брать, сообщением в VK пришлешь.
Герда буквально подпрыгивает на месте от счастья, хлопая в ладоши. Ловко выуживает телефон из заднего кармана обтягивающих джинсовых шорт, ее пальцы быстро и лихорадочно стучат по экрану. Прячет аппарат обратно, и в этот же миг мой телефон, лежащий на столе, отзывается глухой вибрацией.
— Окей, — коротко мотаю головой, подхватываю с стола ключи, которые звенят в ладони, и телефон.
***
Надеваю капюшон, когда безобидная метель перерастает в настоящую снежную бурю. Тяжелые хлопья слепят глаза. Засовываю только что полученную книгу глубоко под куртку, прижимая ее локтем к боку. Вот же блин. До завтра же не терпело забрать заказ и булки поесть. Раздраженно цокаю языком и, сгорбившись, заворачиваю за угол. Подхожу к светофору, лениво смахивая снег с плеч. Осматриваюсь — машин нет.
Быстро перебегаю на красный, едва уворачиваясь от сугроба, и влетаю наполненную ароматами пекарню. Отряхиваясь, сбивая противный мокрый снег с куртки на резиновый коврик. Снимаю капюшон и с силой провожу пальцами по мокрым волосам, взъерошивая их.
Достаю телефон, стряхивая с экрана каплю воды, и пробегаю глазами по тексту от Герды. Девушка передо мной, звякая браслетами, забирает свой разноцветный бокс с эклерами. Я делаю шаг вперед, упираясь руками в прилавок.
— Добрый вечер, — приветливо улыбается девушка-кассир с волосами цвета электрик. Ее пальцы с коротко подстриженными ногтями перебирают стопку салфеток.
— Я захожу сюда так часто, что вы уже меня запомнили, — хмыкаю я, скользя взглядом по прилавку и отмечая про себя новую выкладку пирожных.
— Такого парня сложно не запомнить, — тихо бросает она, следя за мной.
— Хорошее настроение тоже входит в чек? — улыбаюсь ей уголком губ.
— Да что вы, — смущенно отмахивается она, поправляя подвеску на шее. — За счет заведения.
— Отлично, — указываю пальцем на витрину. — Четыре тарталетки с черникой и четыре с киви, и еще пару булочек с корицей.
— Хорошо, — кивает она, ловко натягивая одноразовую перчатку.
Я разворачиваюсь к окну, наблюдая, как за стеклом копошатся заснеженные фигуры. Один прохожий, кутаясь, натягивает шарф до самых глаз, другой с силой надвигает шапку на лоб. Какой-то мужчина застыл, разглядывая витрину с тортами, а ребенок рядом от нетерпения тянет его за рукав к входу.
Я отвожу взгляд и замечаю девушку с пепельными волосами. Она идет, сильно пошатываясь, с курткой, перекинутой через руку. Она плечом наваливается на стекло витрины, зажмуривается и начинает с силой массировать виски кончиками пальцев.