— Я жду, — напоминаю Герде о ее визите ко мне.
— Папа просил собраться внизу за завтраком. У него какая-то новость.
— Понял, — громко зеваю я и снова валюсь на кровать. — Будем выслушивать очередные нотации от отца.
Герда лишь пожимает плечами и поднимается с моей кровати. Она подходит к двери и берется за ручку, задерживаясь в проеме.
— Поторопись, — строго говорит она, глядя на меня. — Не хочу начинать утро с ругани и плохого настроения. У тебя пять минут.
***
Кухня залита мягким утренним светом, пробивающимся через большое окно. В воздухе витает соблазнительный аромат свежесваренного кофе и горячих тостов. Посреди деревянного стола, застеленного синей клетчатой скатертью, стоит тарелка с румяными блинчиками, другая — с нарезанными сырами и колбасами, а в маленькой пиале малиновое варенье манит своим ярким цветом.
Герда, сидит напротив меня, лениво ковыряя чайной ложкой в тарелке с йогуртом и голубикой, ягодки перекатываются, оставляя сиреневые разводы. Я подношу к губам кружку с тёмным, чёрным кофе и делаю небольшой глоток, чувствуя, как горьковатый напиток прогоняет остатки бессонной ночи.
— И о чём ты хотел поговорить? — спрашиваю я, ставя кружку на блюдце с лёгким стуком.
Отец, откладывает в сторону утреннюю газету, вытирая салфеткой губы.
— Я вчера разговорился со своим новым начальником, и он посоветовал один унив... — начинает он, но Герда тут же мягко его перебивает.
— Пап, мы с Каем вряд ли сможем учиться в обычном учебном заведении, — замечает она, накалывая на вилку пухлую голубику и рассматривая её на свет.
— Этот университет — не обычный, — уточняет отец, делая акцент на словах. — Он для студентов, которые обладают каким-нибудь даром. Думаю, вам там понравится.
Слушая это, я не удерживаюсь от ухмылки.
— Наконец-то хоть что-то интересное в этом городе, — бурчу я. — Хоть учиться можно будет с использованием магии.
Не в силах сдержать порыв, я поднимаю ладонь, и над ней тут же вспыхивает маленький, послушный огонёк. Он кружится, вытягиваясь в изящную нить и принимает форму танцующей девушки, которая грациозно плывет над моей рукой.
— Кай! Никаких игр с даром за завтраком! — сердито рявкает отец, стукнув ладонью по столу так, что звенит посуда.
Огненная танцовщица тут же рассыпается искрами и погасает. Я сдержанно вздыхаю и отвожу взгляд в окно.
— Я уточнил насчет специальных предметов в расписании, — продолжает отец, уже более спокойным тоном, отодвигая от себя пустую тарелку.
— Специальных предметов? — оживляется Герда, отложив вилку. — Каких именно?
— На этих парах вы будете изучать природу своих даров, учиться контролировать их, — объясняет отец, жестикулируя руками, будто очерчивая невидимые сферы в воздухе. — Вы сможете спокойно и легально пользоваться своими способностями, а возможно, и откроете в себе что-то новое.
— Я и так всё знаю о своём даре, — бормочу я, разглядывая потолок.
— Кай! — голос отца снова приобретает предупреждающие нотки.
— Пап, это же отличная новость! — восклицает Герда, пытаясь разрядить обстановку. Её глаза сияют от новости. — Это именно то, чего нам не хватало!
Почувствовав на себе тяжёлый взгляд отца, я решаю не испытывать судьбу. Молча наклонившись, я принимаюсь накладывать себе на тарелку пару блинчиков, щедро поливая их вареньем, и занимаю рот едой, демонстративно прекратив разговор.
***
Снежка
Я, не открывая до конца глаз, ставлю под кофемашину свою любимую керамическую кружку — с синими снежинками по бортику. Пока аппарат с урчанием готовит мой эспрессо, я облокачиваюсь о столешницу, чувствуя её прохладу. Прядь непослушных пепельных волос немедленно соскальзывает на лоб. Я с досадой сдуваю её. Эти волосы живут собственной жизнью, и если сейчас не собрать их в какую-нибудь простую причёску, потом придется краснеть на ковре у Эммы. Наша директриса не приветствует растрёпанный вид, даже если в этом была виновата сама природа. Кофемашина наконец умолкает.