— Я и не так могу, — подмигиваю ему и, грациозно обойдя, иду в правильную сторону. — Пойдем, покажу тебе стенд с важной информацией.
— С тобой хоть на край света, — говорит он. — Только бы подольше прогулять пары.
— И не мечтай, — грожу ему в шутку указательным пальцем, вращая им перед его носом. — Я тебя прикрывать не собираюсь.
— Точно, ты же моя староста, — на слове «моя» он делает такое многозначительное ударение, что я резко останавливаюсь.
Кай не успевает среагировать и врезается в меня подбородком в макушку. Я взвизгиваю от неожиданности, а он тут же обеспокоенно касается ладонью моей головы, нежно растирая ушибленное место.
— Сильно задел? — интересуется он, внимательно вглядываясь в макушку. Его дыхание щекочет волосы. — Синяка не должно быть.
— Все нормально, — бормочу я, отстраняясь на шаг.
Внутренний голос сурово шепчет: «Нельзя вот так брать и доверять этому незнакомцу. Снежка, ты слишком подпускаешь его близко».
— Это хорошо. А то пришлось бы тебя спасать, — улыбается он. И сразу же получает моим локтем в бок.
— Можешь не помогать, — хмыкаю я, пряча улыбку.
— Да я помню, что у тебя есть парень, — спокойно говорит Кай и отходит к стенду, начиная его изучать.
Ага, парень. От него одно лишь название. И почему же я раньше не замечала, как Камиль ко мне относится? Неосознанно обнимаю себя руками, словно пытаясь согреться, и отворачиваюсь от доски, чтобы скрыть предательские слезы.
— Снежка, ты чего? — слышу за спиной голос Кая, и я быстро, почти смахивающим движением, убираю слезу с щеки, натягивая беззаботную улыбку.
Оборачиваюсь и, не глядя на Кая Фей, решительно подхожу к доске. Показываю на яркий плакат, где изображены изящные маскарадные маски и написана информация по поводу бала.
— У вас утренник для малышей намечается? — скучающим взглядом обводит плакат Кай.
— Ты что? — восклицаю я, хлопая его по плечу. — Это бал в честь университета! Проходит каждый год.
Я понижаю голос уже до шепота:
— Это прихоть спонсоров, но балы правда восхитительны. Чувствуешь себя будто в красивом старом кино, — мечтательно и тихо добавляю я.
— Обычно в книгах такое пишут, — усмехается он. — Герда обрадуется.
— Герда? — переспрашиваю я, поднимая бровь.
— Ага. Моя сестра — фанатик, — он крутит у виска пальцем. — Всяких таких романтических штук.
— Ой, здорово! Она подружится с Норой, — улыбаюсь я. — Она фэнтези читает?
— А вопросы можно только тебе задавать? — хмурится он, делая вид, что отворачивается, обиженно.
— Мы же договорились, — хмыкаю я, поддаваясь на игру.
— Окей, тогда мое условие, — он резко разворачивается ко мне, и я инстинктивно дергаюсь, прижимаясь спиной к краю стенда.
Кай делает шаг вперед, нависая надо мной, и наклоняется к самому моему уху. Его голос становится тихим и интригующим:
— Ты выигрываешь меня в какой-нибудь стрелялке, и я тебе рассказываю все, что ты хочешь.
Я хмурюсь, раздумывая, постукивая пальцем по подбородку.
— Так мы точно дружить не начнем, — неосторожно вырывается у меня, и я тут же кусаю язык.
— А ты хочешь со мной дружить? — он нависает еще ближе, и его лицо теперь в сантиметрах от моего.
Фей слишком близко. Я сглатываю и вжимаюсь в стенд, чувствуя, как учащенно забилось сердце. Кая моя реакция явно забавляет, и его губы растягиваются в победной улыбке.
— Не успел я, значит, утром с ней попрощаться, так она уже с новеньким по углам тискается? — раздается сладкий, ядовитый голос Камиля.
Я резко дергаюсь и отскакиваю от Фей. Леднев подходит к нам с неспешной, хищной походкой. Он легко, почти невесомо, закидывает руку мне на плечо и разворачивает меня лицом к себе, игнорируя Кая. Его пальцы впиваются в мое плечо с такой силой, что я невольно жмурюсь от боли.
— Ну что, Огонек? — Камиль обращается к Каю, но смотрит на меня. — Устроил тут себе экскурсию по личному пространству моей девушки?