— Дай мне шанс, и ты убедишься, что я тебя не подведу, — он говорит это горячо, но почти сразу же морщится и отмахивается. — Забудь. Я сморозил глупость. Ты не обязана сразу открываться.
— Кай… — я осторожно касаюсь его руки, но он мягко убирает ее.
— У меня тоже есть ощущение, что мы знакомы давно, — он хмыкает, но в его голосе слышна неподдельная грусть.
— А почему вы переехали в этот город? — стараюсь перевести тему, отпивая кофе и глядя куда-то в пространство перед собой.
— Отец говорит, что его повысили, и поэтому мы здесь, но я ему не верю, — усмехается он, вращая стаканчик в руках. — Из Москвы просто так не переводят.
— Ты из Москвы? — оживляюсь я, поворачиваясь к нему.
— Ага.
— Я тоже, — признаюсь я и тут же ловлю на себе его заинтересованный, цепкий взгляд. — Я там родилась, но в седьмом классе родители приняли решение переехать.
— Как обычно, родители все портят, — ворчит он, с силой сжимая стаканчик.
— Почему ты так говоришь?
— У меня с отцом не очень отношения, — морщится он, его взгляд становится отстраненным, он смотрит куда-то вдаль, словно вспоминая что-то неприятное.
— Кай… — снова зову его, на этот раз с сочувствием.
— Снежка, ничего не говори, — он обрывает меня горькой улыбкой, которая не достигает глаз. — Что там с проектом? — решительно встряхивает головой, словно отгоняя мрачные мысли, и наконец поворачивается ко мне, всем видом показывая, что разговор о семье окончен.
Глава 7
Кай
— Нужно определиться с темой, — говорит Снежка, проводя пальцем по экрану телефона, который лежит между нами на скамейке.
Она слегка наклоняет голову, и свет от дисплея подсвечивает ее задумчивое лицо.
— А почему староста так плохо работает? — хмыкаю я, смещаясь ближе к ней так, что наши плечи почти соприкасаются. Я опираюсь локтем о спинку сиденья и поворачиваюсь к ней.
— В смысле? — восклицает она, отрывая взгляд от экрана и смотря на меня с недовольным выражением.
Брови ее сдвигаются, а губы поджаты.
— Я уже полдня нахожусь в университете, но по-прежнему не состою в чате группы, — поднимаю на нее глаза.
Вьюгина закусывает нижнюю губу, и отводит взгляд.
— Ты прав, — пожимает она плечами, словно смиряясь с упущением. — Давай добавлю.
Я протягиваю руку, и она, после короткой паузы, вкладывает мне в ладонь свой телефон. Я открываю Вконтакте, выхожу из группы и перехожу в поисковую строку. Набираю «Кай» и вижу, что по недавнему поиску Снежка уже пыталась меня найти.
— Ты не годишься на хакера, — комментирую я, слегка покачивая головой.
— Что? — она наклоняется ко мне, пытаясь разглядеть экран.
— Историю нужно чистить, — хмыкаю я, вертя перед ее лицом телефоном так, чтобы она лучше видела.
Она прищуривается, прикрывает рот ладонью и издает короткий смешок.
— Не буду оправдываться, — улыбается она, потягиваясь и выгибая спину, как кошка. Ее руки тянутся к потолку, а затем опускаются на колени.
— А я и не настаиваю, — пожимаю плечами, нахожу свой аккаунт и возвращаю ей телефон.
Она берет его, пролистывает мой закрытый профиль, и ее палец замирает над кнопкой «добавить в друзья». Я медленно выдыхаю и нажимаю на кнопку своим пальцем, поверх ее руки.
— Лопес? — хмурится она, переводя на меня вопросительный взгляд.
— Ага, — сглатываю я, одновременно доставая свой телефон из кармана рюкзака. — Фамилия моей матери.
— А почему ты решил написать именно ее? — интересуется Снежка, опуская телефон на колени и поворачиваясь ко мне всем корпусом.
— В память о ней, — отвечаю я, улыбаясь одним краем губ, и в этот момент на экране моего телефона появляется заявка от Снежки Вьюгиной. Я принимаю ее. — Только не грузись.
Смотрю на нее и замечаю, как ее плечи опускаются, а взгляд становится мягче.
— Прости, — тихо произносит она, легонько дотрагиваясь до моего плеча кончиками пальцев.
— Ты не знала, и это уже не так бьет морально, как раньше, — говорю я, накрывая ее руку своей и слегка сжимая.