Подтягиваю ноги на сидение, предварительно сняв кроссовки, и разглядываю заснеженные дачные домики, мелькающие за стеклом. Камилла мне всегда казалась неестественной, будто она пытается быть хорошей, а на деле — обычная женщина, которая не хочет делить своего мужа ни с кем.
Я утыкаюсь подбородком в колени и смотрю на экран мобильника. Вижу сообщение от двух контактов.
Нора Фраймель: Удачных выходных. Постарайся не думать о Камиле.
Кай Лопес: Я никак не могу заставить себя сесть за проект, но набросал план. Улыбаюсь и захожу в чат с Каем.
Снежка Вьюгина: Начало положено. Скинь хоть план, посмотрю, что наворотил.
Кай Лопес: Ну уж нет. И вообще-то ты отключила телефон.
Снежка Вьюгина: Я еще в дороге. Так что могу уделить тебе время. Сколько пунктов в плане вышло?
Кай Лопес: Пунктов пять, но они будут полностью раскрыты.
Снежка Вьюгина: Жду скриншот.
Выключаю телефон и оборачиваюсь на Джека, который прикоснулся пальцем к холодному стеклу, и по нему бегут маленькие узоры из снежинок. Мне очень нравится, что и ему достался дар, как у отца. Я смогу его обучать и больше времени проводить с ним. Останавливаю музыку. Снимаю кольца и кладу их в подстаканник со звонким стуком. Захватываю ладонью частичку влажного холодного воздуха с окна и, с помощью льда, создаю маленькую ажурную лошадку, аккуратно сглаживая края на фигурке, а затем передаю ее Джеку. Он радостно принимает ее, его глаза загораются восторгом.
— Вау! Снежка, а ты научишь меня так же? — спрашивает он, поднимая хрупкое творение к самому лицу.
— Конечно научит, Джек, — говорит с улыбкой папа, одним движением гладя меня по руке, не отрывая глаз от дороги.
— Снежка еще не хорошо владеет даром, — строго говорит мама, указывая взглядом на кольца в подстаканнике. — Надень. Сейчас же.
Я опускаю глаза, губы сами собой складываются в обиженную гримасу. Медленно беру кольца в ладонь, чувствуя их холодную, знакомую тяжесть.
— Сильвия, ты слишком строга к нашей дочери, — голос отца звучит ровно, но в нем слышится напряжение. — Она просто порадовала брата.
— Зато ты ей все позволяешь. Тебе напомнить, как Снежка заморозила дворового пса?
— Это было год назад, — хмурюсь я, поправляя телефон на коленках, стараясь не смотреть ей в глаза.
— Вот именно, но за год твои знания не прибавились, — ее голос становится резче, как лезвие.
— Я же занимаюсь с Дорис, — с обидой в голосе говорю я, вжимаясь в сиденье.
— И что ты с ней на дополнительных изучала? Как делать фигуры из льда для забавы?
— Сильвия, успокойся, — настойчиво говорит отец, его пальцы сжимают руль.. — Она просто хотела сделать приятное.
— Мне нравится лошадка, — вставляет Джек, прижимая ледяную фигурку к груди. — Не ругайте Снежку.
В машине повисает гнетущая тишина, нарушаемая только гулом мотора. Я возвращаю громкость музыке, но звук уже не кажется таким спасительным. Открываю чат с Каем.
Кай Лопес: Отправил фотографию. Если что, жду комментарии.
Я открываю фото и внимательно изучаю план: «Способы формирования на производственных предприятиях рабочего климата, основанного на расширении полномочий сотрудников, в условиях низкой вовлечённости персонала в процесс принятия решений».
Снежка Вьюгина: Неплохо, Кай, но последний пункт надо переделать. Как-то не очень сформулировал.
Кай Лопес: Окей. Все, не отвлекаю. Отдыхай, Снежная Королева.
Снежка Вьюгина: Отдохнешь тут.
Печатаю и отправляю быстрее, чем думаю, и ударяю себя по коленке от досады.
Кай Лопес: Компания не очень?
Снежка Вьюгина: Не в этом дело. Просто родители ругаются.
Зачем-то пишу ему правду.
Кай Лопес: Не переживай. Померяться силами и успокоятся. Главное — не влезай в конфликт, а то потом будешь виноватой.
Я хмурюсь, перечитывая его сообщение.
Снежка Вьюгина: У тебя такое было?
Кай Лопес: Куча раз. Я же говорил, что не люблю несправедливость. Из-за этого у меня с отцом постоянные конфликты.