Я закатываю глаза, пытаясь сделать вид, что мне все равно, но чувствую, как по щекам разливается предательское тепло. Со злостью смотрю на подругу.
— Прежде чем ты меня испепелить взглядом, — говорит она, словно читая мои мысли, и резко приближает фотографию. — Посмотри, как он на тебя смотрит. Это же целая поэма!
Я невольно присматриваюсь к экрану. На фото его взгляд… он был направлен не на наши руки, а на меня. На мое лицо. В его глазах была не просто симпатия, а какая-то глубокая, сосредоточенная нежность. Я машинально кусаю нижнюю губу, переводя взгляд от телефона к реальным парням. И в этот самый миг Кай, будто почувствовав на себе вес моего взгляда, оборачивается. Наши глаза встречаются. Он не просто улыбается — уголки его глаз слегка прищуриваются, и в его улыбке появляется та самая загадочная теплота, что была на фото.
Мое сердце, будто сорвавшись с цепи, начинает бешено колотиться где-то в горле. Под его взглядом кожа на запястьях и шее покрывается мурашками. Я тут же отворачиваюсь, сжимая пальцы в кулаки, чтобы они не дрожали.
— Да, что опять со мной творится, — выдыхаю я себе под нос, потирая ладонью пылающую щеку. Она горит под холодными пальцами.
— Снежка, но это же прекрасно! — воодушевленно шепчет Нора, прижимая телефон к груди, будто это драгоценное доказательство. — Это же чистейшей воды…
— Нора, — выдыхаю я, уже почти умоляюще. — Только не говори…
— Химия, — она произносит слово нарочито медленно, как заклинание. — Между вами определенно есть эта… связь.
— Мы не так давно знакомы, — пытаюсь я возразить, но голос звучит слабо даже в моих ушах.
— Какая разница, сколько! — фыркает она, отмахиваясь рукой так резко, что браслеты на ней звенят. — Главное, чтобы вот тут екало.
Она острым ногтем аккуратно тычет меня в грудь, чуть левее центра, прямо туда, где сердце продолжает безумную дробь.
— Нора, нет…, — беззвучно шепчу я, ловя ее взгляд, полный неподдельного восторга.
— Да, Снежка. Прими это как факт. И просто доверься ему, — ее улыбка становится мягкой, почти материнской.
Я вздрагиваю всем телом, когда на мое плечо, чуть ниже шеи, ложится тяжелая, теплая ладонь. Она не просто касается — она обволакивает, притягивает к себе. Мое дыхание перехватывает. Поднимаю взгляд и проваливаюсь в теплую глубину его карих глаз. Они так близко. Фей наклоняется, и я чувствую, как его губы почти касаются мочки моего уха. Краем затуманенного зрения замечаю, как Нора с торжествующим видом отдаляется в сторону, к Нику.
— Просто захотелось обнять тебя, Снежик, — его шепот низкий, бархатный, он проникает прямо в висок и растекается по всему телу. Я снова кусаю губу, пока не чувствую солоноватый привкус. — Так.
Он мягко, но уверенно разворачивает меня к себе и встает прямо передо мной. Его большой палец, шершавый и невероятно нежный, проводит по моей нижней губе, заставляя ее дрогнуть. Я покорно отпускаю ее. Его взгляд медленно скользит по моим губам, задерживаясь на них на одну долгую, пылающую секунду, прежде чем подняться к моим глазам. Когда наши взгляды наконец встречаются, в его появляется та самая хитрая, загадочная искорка, от которой в животе трепещет стая бабочек.
— Почему ты каждый раз ее кусаешь? — спрашивает он, и его палец теперь следит за линией моей челюсти. — От нее скоро не останется живого места.
— Это… плохая привычка, — пожимаю я плечами, ощущая, как его дыхание, пахнущее мятой и чем-то другим, неуловимо мужским, обжигает мои щеки.
— Отучим, — хмыкает он, и звук его смешка отзывается сладкой дрожью где-то в основании позвоночника.
— Я трудная ученица, — выдыхаю я, бросая ему вызов.
Мой голос звучит хрипло. Я наблюдаю за каждой микрореакцией на его лице. Кай не отвечает словами. Он медленно проводит кончиками пальцев по моей щеке, отодвигая прядь волос, которая падала на лицо. Его прикосновение оставляет на коже огненный след. Он оголяет мою шею, и внезапный поток холодного вечернего воздуха ласкает кожу. Он наклоняется еще ниже.
Я замираю, все мое существо сжимается в тугой комок ожидания. Его дыхание, теперь уже обжигающе горячее, касается самого чувствительного места под ухом. Я непроизвольно прикрываю веки, готовясь к прикосновению его губ… Но его они лишь слегка шевелятся у самой кожи.