Снежка Вьюгина: Тебе что-то на счет этого сказала Эмма?
Нора включает первую серию «Постучи в мою дверь», и я закатываю глаза, когда передо мной появляется брутальный Серкан, но улыбка не сходит с лица.
Кай Лопес: Она намекнула, что хоть два предмета я должен сдать, а все остальное перенесет на февраль. У меня в запасе месяц и пару недель.
Снежка Вьюгина: Я тебя подготовлю. Не переживай.
Кай Лопес: Да я и не особо парюсь. Снежик, не думай сейчас об учебе. Отдыхай. Выключи мозг.
Я киваю, как будто он меня видит, и, с теплым чувством внутри, ставлю телефон на тумбочку, погружаясь в яркие кадры сериала. Нора кладет свою голову мне на плечо со вздохом облегчения, и я, наконец, полностью расслабляюсь, чувствуя как тяжесть дня понемногу отступает.
***
Утро начинается с пронзительного визга Норы, и я хмурюсь, не отрывая тяжелую голову от подушки, пытаясь укрыться в остатках сна.
— Снежка, мы проспали! — кричит она, и в ее голосе слышится паника.
Я сразу, как от электрического разряда, вскакиваю с кровати, сердце бешено заколотилось в груди.
— Как? — хрипло шепчу я, судорожно потирая слипающиеся глаза, и смотрю на электронные часы на тумбочке. Семь тридцать. Зачет начинается в восемь с копейками. В животе холодно сводит от ужаса. Я лихорадочно хватаю сумку и, дрожащими пальцами, начинаю вытряхивать из нее содержимое, отыскивая косметичку.
— Так. Я умываться! — восклицает она, срываясь с места. А я, с пересохшим горлом, хватаю телефон и, почти тыкая в экран, пишу отцу.
Снежка Вьюгина: Папуль, привези, пожалуйста, к унику мою тетрадь по Дароведению! Срочно!!
Папа отвечает почти мгновенно.
Натаниэль Вьюгин: И тебе доброе утро, дочь. Хорошо, к восьми двадцати приеду.
Снежка Вьюгина: Спасибочки! Ты мой спаситель!
Я бросаю мобильник обратно в сумку и, выхватив из косметички черную резинку, наспех, больно стягиваю волосы в небрежный пучок, чувствуя, как они путаются. Потом бегу в ванную, спотыкаясь о разбросанные вещи. Стоил ли вчерашний сериал такого ужасного утра? Определенно нет, но уже ничего не поделаешь. До четырех утра мы смотрели и болтали, забыв о времени. Давно у меня не было таких простых, счастливых моментов, но вчера, после всего, мне стало до слез страшно, что я больше никогда не увижу Нору, не услышу ее смех. И сейчас эта мысль, смешавшись с адреналином опоздания, заставляет меня двигаться быстрее.
***
Кай
Зайдя в раздевалку, оставляю на свободном крючке свою черную куртку и, вздохнув с облегчением, неспешно иду к аудитории, наконец-то разглядывая университет. В первый день было не до этого, но теперь я могу спокойно это сделать. Герда уже у входа убежала к своим одногруппникам, а я так и не нашел Снежку или Нору. Поэтому брожу возле кабинетов, внимательно рассматривая все вокруг. Стены университета украшены изящными, переливающимися узорами, словно выполненными из застывшего света каким-то сильным даром. По потолку медленно плывут светящиеся сферы, а удобные лавочки тут и там левитируют в полуметре от пола покачиваясь. Смотрю на большие электронные часы, встроенные в стену коридора, и направляюсь к аудитории. Возле нее уже толпятся мои однокурсники, а я, чувствуя легкое напряжение, опираюсь о прохладный подоконник, решая, что проще подождать снаружи. Ко мне подходит Ник и протягивает руку. Я жму ее, чувствуя знакомую твердую хватку.
— Девочки еще не пришли? — спрашивает он, оглядываясь по сторонам.
— Нет, — хмурюсь я, беспокойно пробегая взглядом по толпе студентов.
— Может, опоздают, — пожимает плечами Ник, но в его голосе слышится тревога. — Но Дорис такое не любит.
— Слишком строгая? — уточняю я, скрещивая руки на груди.
— Не особо, — хмыкает он, понижая голос. — Просто ценит пунктуальность. Но зачет у нее, говорят, самый простой.
— Как он будет проходить? — хмурюсь я, чувствуя, как растет любопытство, смешанное с нервозностью.
— Просто покажешь, на что способен твой дар, — слышу справа звонкий женский голос и поворачиваюсь. На меня смотрит улыбчивая блондинка с искрящимися глазами. По эльфийским чертам — заостренным ушам и почти невесомым движениям понимаю, что от нее можно ожидать все что угодно.