Ему безумно нравились изменения, происходившие с ее телом, особенно увеличившаяся грудь. Он часто так и засыпал, одной рукой обхватив нежное полушарие, а другую положив на выпуклый животик. Беременность все также не приносила Марии никаких проблем. Единственное, что изменилось, теперь она просто не могла заставить себя вставать на рассвете, как раньше. Спала, пока Соломон не будил ее своими ласками. И вечерами уже сильно уставала, иногда даже днем украдкой пару часиков дремала.
– О чем ты задумалась? – Вдруг услышала Мария тихий шепот, и он нежно провел губами по ее шее. – Давно не спишь?
– Мне кажется, я чувствую шевеление! – Мария с наслаждением почувствовала, как его рука переместилась ей на живот, нежно поглаживая выпуклость большим пальцем. А второй рукой он нежно сжал и покручивал чувствительный сосок.
– Ты уверена? Мне кажется, еще слишком рано.
– Нет! Совсем не уверена. – Она рассмеялась, чувствуя напрягшийся член у своей попки и его нежные и настойчивые ввинчивания в ее тело. – Просто новые ощущения! Мммм….
Он чуть приподнял ее ногу, устраиваясь поудобнее и увеличивая резкость и частоту толчков.
– Тогда будем считать, что у тебя просто несварение желудка, моя малышка! – Сол продолжал активно двигаться, учащенно дыша и наращивая темп и Мария почувствовала приближение оргазма. Она застонала, пульсируя вокруг его плоти и услышала ответный стон. Они еще некоторое время лежали, обнявшись, а Соломон в последнее время не торопился выходить из нее.
– Либо ты очень темпераментный, либо это я так на тебя влияю. – подумав немного, Мария рассмеялась. – Мы с тобой почти не вылезаем из постели, а ты все никак не можешь насытиться!
– Мне иногда хочется тебя наказать за то, что ты так безмерно мне необходима. – Сол чуть прикусил ее сзади за шею. – Я погибаю без тебя и меня это жутко пугает. Я никогда ничего подобного не чувствовал и даже назвать это любовью язык не поворачивается. Я столько раз признавался в любви своей умершей жене, искренне веря, что любовь это что-то светлое, радостное и приятное. Та зависимость, которую испытываю к тебе, мне кажется просто необъяснимой. И я даже соглашусь, если ты посчитаешь меня немного свихнувшимся на этой почве, но сейчас я чувствую, что даже воздух необходим мне меньше, чем ты!
– Любовь бывает разная, Соломон. – Мария расстроилась. Она не думала, что получит вот такое признание! Почти обвинение! В чем???
– Прошу, дай мне немного времени, чтобы разобраться! – Сол чуть отодвинулся и развернул ее лицом к себе, чтобы видеть глаза. – Все, что я чувствую сейчас, это невыносимая мука и отчаяние от возможности по какой-либо причине тебя потерять. Только боль в груди, а еще непреодолимая тяга и страсть!
Он сомневается в своей любви к ней, поняла Мария, нежно проводя рукой по его лицу и чувствуя поцелуй на ладони, когда он прижал ее к своим губам. Неужели он действительно считает такие сильные чувства всего лишь зависимостью?
– Я никогда не требовала от тебя никаких признаний! – Мария успокаивающе прикоснулась к его губам. – Если тебе нужно время, чтобы разобраться в своих чувствах, то оно у тебя есть.
– Сейчас я чувствую, что болен тобой! Это нормально?
– Я не знаю. – Мария очень расстроилась, видя его искренние переживания.
– Пообещай, что больше никогда не покинешь меня! – Судорожно прошептал он, крепко прижимая девушку к своей груди. – Не предпримешь попытки сбежать и не умрешь!
– Глупый! Я сегодня выхожу за тебя замуж! И я смирилась с тем, что ты будешь присутствовать в моей жизни на постоянной основе! – Она попыталась пошутить. – А вот обещать тебе не умирать я не могу. Ты сам знаешь, что от меня это не зависит. Мне отмерено столько, сколько решит господь! Но я все-таки надеюсь прожить долгую и счастливую жизнь и нарожать тебе кучу детишек!
Сол мучительно застонал, словно от боли и девушка пожалела, что снова напомнила ему о своем положении. Слава богу, что она только Хазыр-калфе давным-давно рассказала о том, что была одной из близнецов. Учитывая неумение окружающих ее людей хранить тайны, эта новость могла достичь ушей Соломона, и она просто не представляла тогда его реакцию. От одной мысли содрогнулась и постаралась выкинуть эти воспоминания из головы. И надеялась, что старая служанка умеет держать язык за зубами.
– Будь собрана к обеду, хорошо? – Сол легонько чмокнул ее и поднялся, чтобы умыться и собраться для своих многочисленных дел. В последнее время он проводил бесконечные совещания со своими подчиненными, но Мария не спрашивала, что его тревожит. Захочет, сам расскажет, но опять же, здесь, на востоке, женщин вообще было непринято посвящать в свои дела. И как с этим бороться, девушка еще не знала.