– Соломон, я буду в порядке через несколько дней! – Мария немного приподнялась и поморщилась. И у него сразу сердце забилось сильнее оттого, что ей больно. – Ты просто никак не можешь привыкнуть, что я особенная.
– Мария, я больше не могу позволить, чтобы ты лежала без движения на улице. Сейчас в срочном порядке мои люди организуют носилки, я закутаю тебя, и мы отправимся домой!
– Я люблю тебя, мой командир! – Прошептала девушка с улыбкой, хотя видно было, что она изо всех сил скрывает от него свою боль. Сол не выдержал и со стоном припал к ее холодным губам.
Он осторожно поднял ее, и девушка тревожно сжалась.
– Сол, ты только не оставляй меня!
– Никогда, Мария!
– Я думаю, мы быстрее доберемся, если поскачем на лошади!
– Нет. – После недолгого раздумья ответил Сол. – Ты не сможешь преодолеть… Тебе будет больно, а я не в силах это перенести.
– Если я буду в твоих объятиях, мне не будет больно! Пожалуйста, Соломон! – Мария умоляюще на него смотрела, прижимая ладони к его щекам. – Мне нужно тебя касаться! Я хочу домой!
Сол не знал, что ему делать. Он беспомощно смотрел в ее заплаканные глаза и понимал, что у Марии начинается запоздалая истерика. Она дрожала, как осиновый лист и всхлипывала, как маленький ребенок, постоянно цепляясь за его тунику и повторяя, чтобы он не отпускал ее. Он обхватил ее ледяные руки, растёр их в своих ладонях, пытаясь согреть, а потом принял решение. Он громко свистнул, подзывая своего жеребца и тот незамедлительно подошел ближе. Сол вопросительно посмотрел на Марию, и она твердо кивнула в ответ.
Подсадить ее на лошадь было легко, а вот смотреть, как она прикусила губу и закрыла глаза было невыносимо. Он вскочил сзади, обнимая ее прижимая к своему телу. Сол знал, что правильнее было дождаться носилок, но тогда они добрались бы до дворца только к утру. Чтобы не передумать, он пришпорил лошадь, направляя ее к выходу из ущелья, увозя в своих объятиях беременную и покалеченную невесту. За ним следом поскакали несколько его людей.
Он почувствовал тот момент, когда она потеряла сознание. И вздохнул с облегчением, используя это время, чтобы пришпорить лошадь галопом. За все время дороги, Мария не издала ни звука. И он в очередной раз поразился ее смелости и выносливости. Если еще раз произойдет нечто подобное, он этого просто не переживет.
С таким облегчением он увидел крепость Бурссы и такое огромное количество народа встречало его с приветственными криками. Несмотря на позднюю ночь, люди не спали, искренне переживая за Сола и за его невесту. Иногда ему казалось, что ее полюбили здесь сильнее, чем его. И это безмерно радовало. Он никогда не старался заслужить любовь своего народа. Важнее было другое.
Он соскочил с лошади у конюшни, где его встречала заплаканная Хазыр калфа и бесчисленное множество работников дворца. Он даже не помнил всех в лицо. У Марии не было сил отвечать на приветствия, не было сил даже улыбнуться. Он спешно снял ее с лошади и понес в свои покои, даже не рассматривая вариант, чтобы за ней сейчас ухаживал кто-либо другой, кроме него.
Очень обрадовался ярко горевшему камину в спальне, когда аккуратно положил Марию на постель.
– Я сейчас расстригу тебе сапожки. – Задумчиво сказал Сол, доставая нож. – Снять их другим способом сейчас никак не получится. Так что потерпи. За доктором уже послали и если он не прибудет в течение 10 минут, я отрублю ему голову!
– Соломон, не надо доктора! У меня все скоро заживет! – Девушка немного поморщилась и быстро задышала, когда он разрезал один сапожок. – Это моя любимая обувь!
– Я куплю тебе еще тысячу таких сапожек! А на счет доктора не спорь! Мне надо убедиться, что ты и ребенок не пострадали больше, чем ты думаешь. У тебя может быть болевой шок и ты просто ничего не чувствуешь. Я до сих пор не знаю, правильно ли поступил, привезя тебя на лошади и если хоть чем-то тебе навредил, не прощу себе до конца жизни
Он пытался не показать своей обеспокоенности из-за слишком холодных рук и ног Марии. Им очень повезет, если она не простудится.
– Мне просто нужно поспать, Соломон. Это для меня лучшее лекарство.
– Я сейчас принесу горячий чай! – Он потрогал ей лоб. – Ты сегодня что-нибудь ела?
– Мне предлагали такой прекрасный обед в гостях у родителей Шаяны, но я не успела… Господи! Соломон, скажи, что они живы?
– Они живы! – Он успокаивающе погладил ее по голове. – И очень за тебя беспокоятся. Столько людей переживают за твое здоровье, ты даже не представляешь!