Так он шел вверх по склону следующего холма. Под деревьями уже стало темнее, солнце скрылось за гребнем одной из вершин, и Роджер впервые усомнился - а впрямь ли он идет по нужному следу? Он остановился, огляделся - и невдалеке от себя обнаружил еще следы, похожие на те, что его интересовали, а потом и еще одни. Теперь он потерял всякую уверенность в том, что ему требуются именно те, по которым он идет сейчас.
Мальчик еще немного прошел вперед, а затем остановился и той же дорогой вернулся обратно. Увы, к ручью он вышел довольно далеко от того места, где перепрыгнул его полчаса назад. Несколько минут он провел в поисках вмятин, а обнаружив их, убедился, что даже по собственному следу движется не слишком уверенно.
По идее, сейчас ему уже надо было направляться домой, но ничего подобного Роджер не сделал. На восточном склоне горы уже сгустились сумерки, но он все продолжал разыскивать следы. Каждые несколько минут он что-нибудь обнаруживал, некоторое время размышлял над находкой - а потом замечал новые отметины. Постепенно мальчик поднялся по склону вверх, выбравшись наконец на голую скалу; после долгого раздумья он перевалил гребень и оказался на другой стороне, где было заметно светлее. Здесь он возобновил свои поиски. В конце концов, все равно следы уходили на запад.
Он пересек еще одну долину - па сей раз ручей на дне оказался пересохшим, и не имелось никаких признаков, что через него кто-то перебирался. Только на вершине небольшого холма с дальнего конца долины он наконец-то осознал, который сейчас час. До сих пор он вел поиски с такой одержимостью, что даже голод не напоминал о себе, и в итоге отвлечь его от занятия смог только сгустившийся сумрак, в котором было уже трудно разглядеть какие-либо детали на земле. Фонарик Роджер с собой не брал, поскольку не собирался так сильно задерживаться. Но что гораздо хуже - у него не было с собой ни еды, ни воды, ни спального мешка. Отсутствие первых двух вещей было серьезной ошибкой - во всяком случае, не стоило бы отцу узнавать, что Роджер отправился в такую даль без должной экипировки.
Первые звезды уже зажигались в темнеющем синем небе, и, глядя на них, Роджер постепенно осознавал, что он вовсе не новый Дэниэл Бун и не Кит Карсон. Он был лишь тринадцатилетним подростком, который по собственной неосторожности оказался в ситуации довольно неприятной - а возможно, и опасной.
Роджер был опрометчив, но отнюдь не глуп. Осознав положение дел, он не бросился сразу вслепую домой. Вместо этого он остался на месте и начал размышлять, что же ему делать дальше.
Ночью станет очень холодно, тут уж ничего не поделаешь, так что укрытие из лапника могло бы здесь очень пригодиться. Кроме того, есть тоже нечего - по крайней мере, в темноте он не сможет найти ничего съедобного. Однако воду отыскать вполне реально, и это нужно сделать обязательно. В долине, которую он только что миновал, никакого ручейка не было, поэтому Роджер поднялся по склону следующего холма и начал искать подходящий спуск на противоположной его стороне. Под конец ему пришлось пробираться вниз почти на ощупь, поскольку слабый свет почти не проникал в темноту под елями. Там, как он и надеялся, имелся ручей: сперва мальчик услышал журчание, а потом чуть не свалился в воду впотьмах.
Нож у него с собой был, и им он нарезал достаточно веток, чтобы устроить прямо на берегу ручья что-то вроде лежбища. Из них же он соорудил над лежбищем некое подобие шалаша, использовав в качестве конька крыши поваленное дерево, - Роджер уже знал, что все, способное уменьшить циркуляцию воздуха поблизости от его тела, поможет сохранить немного тепла. Затем он напился воды, расстегнул пояс и забрался в свое грубо сделанное убежище. Если помнить, сколько всего случилось с ним за этот день, то стоит ли удивляться, что заснул он моментально.
Роджер был здоровым мальчишкой, а ночь оказалась не слишком холодной. Так что спал он спокойно и крепко - не проснувшись ни от хруста ломающихся веток, ни даже от шума, произведенного зондом, который опустился в подлесок всего в сорока ярдах от него. В ответ мальчик только пробормотал что-то во сне и повернулся на другой бок.
Но в конце концов он был разбужен событием, которое заставило бы пошевелиться любого лесного жителя. Дверца грузового отсека инопланетного аппарата была обращена в сторону его убежища. Отсветы горящего натрия и сияющего золота не потревожили его - то ли Роджер принял их за продолжение дурного сна, то ли он просто в этот момент лежал к ним спиной. Но когда его закрытых век коснулся яркий отсвет магниевой вспышки, он среагировал на нее как на сигнал тревоги. Еще толком не проснувшись, Роджер вскочил на ноги с криком «Пожар!».