Он очень тщательно проверил мой костюм на герметичность, особенно соединения на запястьях и на шее у шлема. Остальные; тоже оделись и осматривали друг друга. Затем жестами, доступными даже для моего понимания, они оповестили об окончании проверки, и Берт повернулся к двери.
Он набрал код на диске сбоку, и огромный створ — достаточно большой, чтобы вместить рабочую субмарину, — легко открылся. Он жестом пригласил нас внутрь, подождал, пока все прошли, затем закрыл портал за нами. Меня снова поразило то, что он вел себя не просто как человек, знакомый со здешним оборудованием, но должностное лицо, обладающее авторитетом. Каким образом, всего за год, агент Совета мог войти в такое доверие к этим людям? Агент Совет, который, из всех людей Земли, должен был первым вступить в борьбу с ними и с их образом жизни? Может быть, он поддерживал с ними контакт еще до того, как исчез из нашей жизни год назад? А вдруг Мари права? И если она права, то во что я ввязываюсь? Я полностью доверился Берту Вельштралю, когда впервые увидел его здесь, внизу, и по большей части, отверг утверждения Мари как заявления женщины, чуть ли не впавшей в истерику от горя. То, что ее Джои — хотя на самом деле он ей никогда не принадлежал — так сюда и не добрался, казалось вполне вероятным. С одноместной субмариной в Тихом океане может приключиться множество всевозможных неприятностей, так что она исчезнет без следа.
Теперь я уже серьезно усомнился в словах Берта. Хотя моего внимания требовали другие вещи.
Глава 16
Я впервые оказался в туннеле, который явно был наклонным — вес моего балластного пояса, когда я обратил на него внимание, позволял мне довольно легко определять, где верх, а где низ. Мы перемещались вниз, под углом градусов в шестьдесят. Осветительные лампы — единственные четко различимые детали на стенах — пролетали мимо с такой скоростью, что было ясно, что нам помогают насосы; вода в туннеле определенно стремилась вниз. Я подумал, что если на обратном пути нам придется плыть против течения, это окажется невозможным. Им придется или изменить направление потока воды в туннеле, или мы воспользуемся другим.
Я не замечал никаких изменений температуры, хотя знал, что мы собираемся осматривать тепловую машину. Возможно, эти люди вполне серьезно относились к потерям энергии, когда речь шла о различных видах утечек, снижавших эффективность машины, независимо от того, что происходило с этой энергией в дальнейшем.
Я не мог оценить глубину, на которую мы опустились, когда достигли отсека управления. Несомненно, это были сотни футов, а может быть, и тысячи, или даже миля. Позднее я видел карты этих мест, но странное чувство масштаба у аборигенов до сих пор приводит меня в замешательство. Комплекс располагался достаточно глубоко и представлял непреодолимое препятствие для любых средств борьбы с давлением методом грубой силы, таких, например, как глубоководное снаряжение.
Помещение было достаточно большим, так что заднюю стену было едва видно. Жидкость — полагаю, что мог и забыть об этом упомянуть, — слегка рассеивала свет, так что предметы, находившиеся дальше пятидесяти ярдов, казались как бы окутанными дымкой.
Между тем отсек управления оказался на удивление обыденным. На одной из стен была изображена паутина линий, в которой я узнал распределительную сеть. Ниже располагалась другая паутина, признать которую было труднее; она явно была ориентирована вертикально, и я предположил, что это схема движения рабочей жидкости от источника тепла глубоко внизу к конвертерам и теплоотводам наверху. Тепловая машина любого вида работает по основным законам термодинамики, и ее диаграммы просто обязаны походить на диаграммы родственных ей устройств, будь то паровая турбина или термопара.
Вдоль линий обеих диаграмм располагались индикаторы, по большей части обычного типа, в виде шкалы со стрелкой, а также переключатели и реостаты. Ничего таинственного здесь не было — с первого взгляда это и можно было принять именно за комнату управления энергетическим предприятием.
Тридцать или сорок пловцов, одетых, как и мы, в костюмы и шлемы, висели в нескольких футах от контрольной стены, сосредоточив на ней все свое внимание. Это меня слегка удивило. У панели управления такого размера я ожидал увидеть меньшее количество операторов. Если все они требовались для ручного управления установкой, то это еще один минус, указывающий, как и острая пряжка, на низкий уровень технической компетенции этих людей. Я надеялся, что плохая координация их действий может вылиться в досадную неприятность, но дело не дойдет до катастрофы. Несомненно, в электрической распределительной сети были предохранители, а в жидкостной системе — защитные клапаны, но все же эта толпа операторов придавала всему предприятию какой-то оттенок примитивности. Я задумчиво наблюдал за ними. Люди, что прибыли с нами, смотрели с такой же заинтересованностью, что и я; у меня возникло впечатление, что они тоже никогда здесь раньше не бывали. Что же, это было вполне возможно. Все население вряд ли могло состоять из инженеров-электриков.