«Ты никогда не сможешь это сделать», – злорадно хихикал скрывавшийся в камнях демон.
Рип, Рек и Арк уселись на камень над плитой и приготовились подать знак при виде врага. Дарк стоял в двух шагах от Ренн и, сжав в руке дудочку из кости маммута, ждал, когда она начнет исполнять обряд. Ей было чуточку легче оттого, что он, в отличие от нее, мог оставить при себе оружие.
«…Если самые яркие души Леса смогут направить стрелы в цель, они вернут Первое Дерево и мир спасется…»
«Но у тебя нет самых ярких душ! – прошипел демон. – У тебя ничего не получится!»
Арк наполовину расправила белые как снег крылья и поклонилась Ренн.
Рек с Рипом последовали ее примеру.
Демон ускользнул в темноту. Ренн расправила плечи.
Вороны были не просто друзьями, они были духами предков и хранителями ее племени.
Ренн снова потрогала стрелы в колчане. Две сделал Фин-Кединн, она на ощупь их узнала – только вождь так наматывал и крепил сухожилия на древке. И он в этот миг был рядом. Ренн мысленно слышала, как он еще маленькую учил ее стрелять из лука.
«Главное, думать только о цели и смотреть на нее так, как будто можешь одним взглядом прожечь насквозь».
И теперь, когда она должна была исполнить самый важный колдовской обряд в своей жизни, перед ней не было цели, только не в самом начале.
Надо было пустить стрелу на восток за Высокие Горы, туда, где рождается солнце… А после этого ее целью станет первая выпущенная стрела, за ней следующая… И так она сотворит в небе мост…
«Это невозможно, – злорадно хихикал демон, – ты сама знаешь. Так зачем пытаться?»
Дарк поднес к губам дудочку.
Ренн кивнула.
Мелодия по спирали поднималась к небу, и Ренн начала произносить заклятие:
– Синяя стрела для Моря! Красная – для солнца! Белая – для снега! Зеленая – для Леса! На разноцветных крыльях я пошлю вас к Первому, самому Великому Дереву, долетите до него сквозь мрак за звездами и верните его нам…
За мгновение до того, как она достала из колчана первую стрелу, вороны сорвались в небо и раскаркались, предупреждая об опасности. Дарк продолжал дуть в дудочку из кости маммута и взглядом умолял Ренн не останавливаться.
«Не пытайся отстраниться от того, что происходит вокруг, – предостерегал голос Фин-Кединна в голове Ренн. – Думай только о том, что собираешься сделать. Следи за каждым шагом, следи внимательно, ничего не упускай…»
Ренн словно со стороны видела, как натягивает тетиву и выпускает стрелы так быстро, что они словно гонятся друг за другом. Красная за синей, потом белая и прозрачная, как лед, и, наконец, зеленая. Радужный мост перекидывается к утерянным ветвям Первого Дерева….
«Ноги на ширине плеч, стоишь, уверенно опираясь на обе ноги, вкладываешь стрелу в лук, опускаешь плечо руки, в которой держишь лук…»
Она делала это тысячи раз, для нее это было так же просто и естественно, как дышать, но сейчас… Сейчас это было словно в первый раз.
«Натяни тетиву. Выдохни…»
Мерзкий, вызывающий тошноту стук. Мелодия, которую выдувал Дарк, оборвалась.
У Ренн сдали нервы. Она кинулась к топору, но не смогла до него дотянуться. Дарк с Наигинном схватились друг с другом. Дарк смог встать на колени, по лицу текла кровь. Он выбил нож из руки Наигинна, потом отбросил вниз по камнепаду его лук и колчан. Наигинн вскочил и замахнулся топором. Дарк подсечкой повалил противника на каменную плиту, а заодно и топор Наигинна улетел вниз, в долину. Демон успел подняться до того, как Ренн схватила оружие. Дарк опустился на колени, а потом повалился лицом вперед и замер.
Закашлявшись и сплевывая кровь, Наигинн сбросил с плиты топор Ренн и отцепил с пояса утыканную клыками медведя дубинку. С наслаждением взвесил ее в руке и бросился на Ренн.
Они кружили друг против друга.
– Ты сошел с ума! – закричала Ренн, уворачиваясь от дубины Наигинна. – Обряд – наша единственная возможность! Если Первое Дерево не вернется, мы все умрем!
Наигинн ухмыльнулся:
– Я демон! Я не могу умереть!
– Пока в теле смертного, еще как можешь!
– Да я прямо сейчас избавлюсь от этой плоти, как от шелухи ореха! Только выдавлю тебе глаза и вырву язык, а когда съем твои души, тут же стану свободен! Первое Дерево больше ничего не значит! Я буду пожирать все живые души в Лесу! Я убью само солнце!
– Нет, я тебе не позволю! – закричала Ренн и швырнула содержимое мешочка со снадобьями в лицо Наигинну. – «Кровь земли» и пепел маммута – этого демоны боятся больше всего!
– Я ничего не боюсь! – взревел Наигинн, но заморгал и потерял равновесие.