— В твоем возрасте и мне выпала такая честь… — бабушка прикрыла глаза, кажется, её охватили воспоминания. — Когда-то и ко мне во снах приходила Артурия…
— Это та девочка на фото? — перебила Вероника мечтательность старой.
— Да. Я чувствую, что у тебя с собой это фото. Дай мне на него взглянуть!
Вероника удивлённо, но послушно, достала из рюкзака маленькую фотографию, размером с ладонь ребёнка, и с опаской протянула её седовласой. Женщина быстро вынула из кармана очки с толстенными стёклами и несколько долгих минут вглядывалась в фото с нежной улыбкой на лице.
— Да… Это Артурия. Именно она познакомила меня с таинственным иным миром, — бабка быстро сунула старую фотографию себе в нагрудный карман. — Ох, внучка, я и сама мало что знаю о Дарк'ане, но тебе точно стоит быть осторожной...
— Да, как это вообще возможно?.. – чуть ли не всхлипывая пробормотала девушка. — Кажется, я совсем запуталась.
Вера Алексеевна поворошила волосы под косынкой.
— Помню я это всё уже, конечно, плохенько… но постараюсь уж разъяснить. Не буду тут пускать пересуды о научной обоснованности существования Дарк'ана. Экзопланеты, квантовые телепортации и другие Вселенные, — бабуля отмахнулась. — Я ничего в этом не смыслю, и ты это знаешь. Однако тот мир вполне реален. Он осязаем. Живёт своей жизнью... — она на секундочку запнулась. — Вернее жил. Были там и королевства, прямичком из Средневековья, и рыцари при мечах да в доспехах, и то, что называют у нас тут "магией". И всё шло своим чередом, пока на королевство Дарк'ан не напало страшнейшее проклятье вечной мерзлоты, пришедшее вместе с тёмной могущественной сущностью. С Чёрным Демоном. И тогда одна королева из рода Вендрагон, чудом выжившая, отправилась в наш мир за поиском спасения.
Голос бабушки затих, но Ника так и не узнала самого главного.
— Так при чем тут была ты… и теперь я? — повторила она свой вопрос.
— Мы достойные и обладаем особым судьбоносным даром. Наш рок — отыскать и уничтожить Тёмное писание — артефакт, с помощью которого Демон наслал проклятье! – бабуля аж привстала на своём кресле, но через мгновение снова расслабилась и добавила: — Вернее, это теперь только Твой рок, внученька.
Вероника вздрогнула после этих слов.
— Ты верно шутишь… Этого просто не может быть, — теряя надежду изменить реальность словами, Вероника всмотрелась в лицо говорившей, надеясь отыскать на его морщинках признаки смеха, но не обнаружив таковых, продолжила: — Ты хоть слышишь, о чём говоришь? Какой ещё "судьбоносный дар", бабушка? Кто-то просто решил надо мной подшутить и забросил этот листок с непонятными закорючками в мой рюкзак.
Бабушка жестом подозвала Нику к себе, разворачивая к ней блюдечко. Девушка поднялась, настороженно поглядывая то на старую, то на непрекращающуюся пылать посудинку, подошла и осторожно взглянула в огонь: на самом дне оно плавно меняло цвет на ярко-ярко синий. Сердце русоволосой в очередной раз дрогнуло, от давящего любопытства перемешанного со страхом. Девушка принюхалась. Это странное пламя ничем не пахло, но, что самое странное, не источало тепла.
— У этой бумаги просто такой состав... странный.
Бабка понимающе усмехнулась и отрицательно покачала головой:
— Нет, это просто "магия". Чем быстрее ты признаешь это, тем будет лучше для тебя же, — она заметила растерянность в глазах внучки и продолжила: — Иногда судьба бывает очень жестока. Сейчас ты не готова к ней, но она уже пришла за тобой.
— Если бы я только знала, что именно ты станешь следующей защитницей... — продолжила бабушка, печально опуская глаза.
Ника, всё сильнее волнуясь за психическое состояние родственницы (и одновременно и за своё тоже), положила ладонь ей на плечо и попыталась успокоить седовласую:
— У стариков часто такое бывает... Понимаешь? Не думай, что из-за этого мы будем тебя меньше любить...
— Хватит принимать меня за сумасшедшую! Ты сама такая же, — грозно возразила бабуля и продолжила настырно: — Ты — ножны меча Предназначения. И от этого тебе никуда не деться. От тебя зависит жизнь целого мира!
Ника хмуро отстранилась и снова плюхнулась на мягкую обивку дивана. Сейчас ей хотелось думать, что всё вокруг просто затянувшаяся злая шутка. А не внезапно свалившаяся на девушку ответственность самого огромного масштаба.