Ника нахмурилась. Слова Духа всколыхнули в глубинах её мыслей странные чувства. И тут же знакомый белый шум болезненно ворвался в русоволосую голову. Однако сейчас он стал иным, напоминал быстро проговариваемый шёпот сотен голосов.
— Писание, Дух! — поторопил Феликс, сцеживая слова сквозь плотно сжатые зубы.
— Иногда стоит разрушить старую стену, чтобы иметь возможность двигаться дальше, — на свой лад пропел Авей-Лон, приблизившись к девушке и уже не обращая внимания на попытавшегося дёрнуться Феликса. — На обмане будущего не построишь и мир не спасёшь.
Вероника не могла оторвать взгляда от неспешно приближаюшихся к ней глаз, внутренне борясь с головной болью, утопающей в непрерывном шёпоте. Вдруг перед её лицом оказалась небольшая изящная ладошка Артурии, частично заслоняющая от Ники происходящее.
Голоса в голове превратились в явные бормотания, становясь всё отчётливее и громче. Сквозь них она уже не могла слышать не только оклика Феликса, но и собственных мыслей.
"Спасите! Прошу!" — наконец-то раздался в голове оглушительным воплем детский вскрик, и всё вокруг в миг исчезло.
Глава 15
Вероника всегда знала, что перемена после второго урока длится куда дольше остальных. Однако, как ни странно, это её вовсе не радовало: снова Вова Ефремов будет донимать её глупыми выходками, развернувшись лицом к её парте. Девочка уже терпеть не могла те злые рожи, что корчил ей болван Вовка, при этом норвя протянуть к её косичкам загребущую ручонку. Поэтому Ника выскочила из кабинета тут же, как прозвенел звонок, предупредив только единственную подругу, с которой она сидела за партой у окна, что идёт в туалет.
Собственно, туда Вероника и направилась. Новенький, ещё не побитый кафель, светлые опрятные раковины и только установленные удобные кабинки с нормальными защёлками. Лишь спрятавшись в одной из них, Вероника наконец смогла выдохнуть.
Ей претили извечные приставания мальчишек в классе. Она никак не могла понять, почему они лезут чаще к ней, а не к белокурой красавице Диане. Наверное, она никогда не узнает ответ. Ведь даже прямые вопросы в лоб глупые мальчишки не понимали.
Задерживаться надолго Вероника не собиралась (ей только надо было подождать, когда Вовка, оставшийся в классе, переключит своё внимание, на друзей за соседней партой), и уже ухватилась за ручку кабинки, чтобы выбраться, как замерла, внезапно заслышав быстрые шаги извне. Через секунду послышался стук, и что-то деревянное ударилось о пластиковую дверцу.
— Эй! — спешно осознав, что поисходит Ника навалилась на дверь. — Выпусти меня! Слышишь?!
Бесполезно дёргая ручкой, девчонка продолжила громко взывать к совести виновника, однако тот, кто сейчас подпер шваброй створку кабинки, тут же и сбежал, захлопнув за собой дверь, ведущую к умывальникам.
Сердце сдавилось от страха, а кончики пальцев, мёртвой хваткой вцепившиеся в бесполезный кусок пластика, мгновенно похолодели. Вероника растерянно осмотрела белое полотно дверцы и опустила глаза вниз. Ползать в школьной форме по туалетному кафелю (пусть и новенькому) совершенно не хотелось.
"Это Ефремов! — рассержено билась в голове мысль. — Точно Ефремов!". Однако осознание того, что она знает, кто преступник, не давало Веронике ни капельки воодушевления. В сердцах стукнув туфлёй по ещё обмотанной в плёнку стенке кабинки, Ника без сил опёрлась об неё спиной. Рыдания подступили к самому горлу, а глаза тут же заслезились.
Однако не только от обиды на весь этот день.
Юная школьница принюхалась: по помещению вдруг разлетелся запах гари. "Что происходит?.." — она растерянно огляделась. Под потолком зароился тёмный дымок.
Тревога редко возросла, когда внезапно на весь коридор завопила пожарная сигнализация. От страха Ника снова отчаянно бросилась на дверь, уже ни на что не надеясь. Но удача вдруг улыбнулась девочке: кажется, под ударами швабра соскользнула с подпиравшей её гладкой кафельной стенки.
Вывалившись в проход, ведущий в коридор, Вероника тут же отпрянула: дверной проём, куда не так давно сбежал виновник её заточения, был охвачен пламенем.