Однако за теплом вернулись и силы. А боль понемногу затихала. И девушка с трудом смогла приоткрыть глаза: прямо перед её взором золотым факелом пылал её телефонный меч Nokia. Он остриём вверх поднимался над чернильной водой, и за рукоять его держала чья-то изящная женская рука.
"Просто поверь, что этот мир написала именно ты, — мягко нашёптывали Веронике, вкладывая в ладони клинок. — И на самом деле слушаться он будет только тебя. Только поверь в него, Вивьенна".
"Если это поможет спасти..." Девушка, тяжело опираясь на оружие и прижимая одну руку к ране, уже переставшей хлестать кровью, поднялась на ноги. Приняв позу поустойчивее, она заорала во всю мощь лёгких:
— По-о-о-очка-а-а!
И, не задерживаясь, медленно сделала шаг вперёд, впиваясь пальцами в холодную от воды рукоять. Ника твёрдо намеривалась во что бы то ни стало переломить ход событий, и теперь смерть её совершенно не пугала. Поэтому, когда сквозь неунимавшуюся метель стал проступать контур высокой воинственной фигуры, Вероника улыбнулась. Катринэт вышла из снежной вьюги, и на лице её отразилась яростное негодование:
— Да что ж ты никак не сдохнешь?! — без промедления белокурая воительница набросилась на девушку.
Однако сейчас Вероника не стала отступать, прикрываясь блоком. Наоборот, она выставила золотое лезвие перед собой и изо всех сил попыталась представить так нагло отнятые у неё воспоминания о далёком прошлом и ощущения детского непосредственного счастья, которое она испытывала, когда каждую ночь бабушка рассказывала ей про дивный иной мир, полный магии и приключений.
И наконец-то она осознала! Почувствовала! Это, правда, её мир, её книга, её идея! А Катя всего лишь наглая и жестокая воровка, которая уже дважды пыталась её убить. Вероника совершенно точно не должна мириться с её деяниями!
Собрав всю уверенность в свой клинок, юная писательница одним точным ударом отразила алый меч противницы, заставив ту отшатнуться и, потеряв равновесие, опуститься на колено.
— Тебе не завладеть этим миром, — спокойно и строго начала девушка, подступив ко вдруг обессилевшей Катринэт. — Ты попросту не сможешь понять его. Потому что никогда не думала ни о ком, кроме себя!
Катринет молчала, и жгучая ярость отражалась в её больших выразительных глазах, но помимо ярости была в них и тень какого-то страха. Она смотрела на Нику снизу вверх и, кажется, думала лишь о том, чтобы уничтожить её взглядом. Однако в ответ всё же проговорила:
— Ты не имеешь права отбирать у меня этот мир! — демонесса хотела было рвануться, но тут же осознала, что лёд, закрывавший всё озеро, вдруг приковал её к месту. — Я главная героиня! Я! Я!
— Ты обычная сьюха без какого-либо личностного роста! — не выдержала Вероника, тут же заткнув этим Почку. — И пора это всё прекращать.
"Разбей её меч... — зашептал голос Авей-Лона. — Уничтожь тёмную копию! И проклятье наконец-то спадёт".
Уверенно обхватив обеими руками свой клинок, Ника без промедления возвела его над собой, готовясь к удару, и под страшный вопль Кати опустила его плашмя прямо на алое лезвие. Раздался звонкий треск. Багровые осколки брызнули во все стороны, как только два меча соприкоснулись друг с другом.
Повисла гнетущая тишина. Даже метель перестала выть так страшно, и снежное марево стало потихоньку униматься.
С тяжёлым вздохом Вероника оглядела разломанный старенький "Samsung", сиротливо покоящийся в снегу, и развернулась к сопернице. Перед ней сидела уже не воительница Катринэт, облачённая в рыцарский доспех, а обычная девушка Катя в майке со стразами и в джинсах. И только нечитаемая гримаса ужаса, гнева и отчаяния была слишком демонической для её облика.
— Ты... — долетел до Ники сдавленный нечеловеческий шёпот. — Что ты наделала?!
— То, что должна была сделать ещё в младшей школе!.. — выпалила в ответ Вероника, но её оборвали.
— Да-да, десять лет тебе понадобилось, чтобы исправить свою ошибку, Избранная, — раздался за спиной знакомый едкий мужской голос и Ника оглянулась.
Из морозного тумана широкими уверенными шагами вышел придворный маг; его чёрный вельветовый плащ распахнулся от ветра, делая высокую фигуру Диниира ещё более пугающей. И не успела Ника возмутиться в ответ, как заметила, что в руке, на которую был надет магический перстень, он держит голову Романа, а мощное обнажённое тело парня безвольно тащится за ним.