Они подобрались к противоположному берегу, где их заметили два разведчика из МакНамар, подбежавшие встретить странников.
— Нам показалось, что приближается мускусный бык! — воскликнул один из разведчиков, высокий бурый самец. Второй разведчик смотрел на них с удивлением, ведь их шерсть была почти сплошь покрыта застывшей кровью и от нее исходил запах густой терпкий запах.
— Фаолан, это ты? — спросил он.
Фаолан опустил на снег изогнутый рог, который он нес для друмлина своей матери.
— Да.
Он вкратце рассказал, как они нашли погибшее в буране животное. Вместе с разведчиками три покрытые замерзшей кровью и инеем волка направились в лагерь каррег гаэра клана МакНамар.
«Идиот! Дурак! Глупый волк!» — звенело в голове Гвиннет, да так, что она боялась, как бы их не услышали бегущие внизу Сарк с Лайамом. Трусливый волк вел их к могиле Гвиндора — туда, где покоились его кости и должен был вечно находиться сооруженный в его честь знак героя.
— Мы уже близко! — крикнула Сарк, задрав морду и разыскивая сову, изящно кружившую между деревьев Темного Леса.
— Действительно близко, — сказал Лайам. — Но как ты узнала?
— Я чую запах мха «кроличьи ушки», — ответила Сарк.
— Ах да, я и забыл, какой у тебя острый нюх, — пробормотал Лайам.
— Ты забыл больше, чем следовало бы, идиот! — крикнула сова.
Шлем с забралом она цепко держала в когтях.
Не прошло и четверти часа, как они подошли к могиле Гвиндора, и Гвиннет опустилась на землю.
— Так, значит, вот оно, это самое место? — спросила она.
Лайам кивнул. Здесь возвышалась невероятно большая голубая ель, и даже Гвиннет ощутила пряный запах мха, которым был покрыт ее ствол. Проглядывающая сквозь ветви луна освещала полянку чудесным серебряным светом.
«Какое замечательное место для последнего пристанища», — подумала Гвиннет, и глаза ее наполнились слезами.
— А его кости… — голос ее дрогнул.
— В дупле, — ответила Сарк, кивком указав на дупло в стволе, невысоко от земли. — Я их чую.
— Отец хотел, чтобы они лежали над землей. Он смог дотянуться как раз до этого дупла. Ему не хотелось, чтобы их беспокоили мелкие животные, — пробормотал Лайам виноватым тоном.
Гвиннет с Сарк окинули его испепеляющим взглядом.
— И ему даже в голову не пришло, что их стоило защитить еще и от собственного сына, — прорычала Сарк.
Шерсть на загривке волчицы всколыхнул легкий ветерок. Она посмотрела наверх и увидела, как Гвиннет, хлопая крыльями, зависла над ветвями, стараясь положить шлем отца в самую верхнюю расщелину в стволе. В клюве она держала косточку — один из четырнадцати позвонков в шее совы. Это почти в два раза больше, чем у других животных, как она часто любила повторять. Закрепив понадежнее шлем и косточку, Гвиннет опустилась на землю, чтобы немного передохнуть.
— Хочу перенести туда все шейные косточки папы. Пусть любуется сверху на свой знак героя!
Закончив с этим, она уселась на ветку прямо над дуплом и посмотрела на переплетение лунных лучей. Сова терпеливо ждала, пока не покажется скрум ее тетушки. Заметив первые клубы туманной дымки, она выпрямилась всем телом и замерла.
— Очаровательно, — прошептал тихий голос, непохожий ни на какие другие. — Просто великолепно, дорогая моя!
Глава тридцать вторая
Друмлин Мораг
— Вот мы и пришли, — сказал Фаолан. — Я возвел его здесь, потому что отсюда открывается вид на Священные вулканы, и в хорошую погоду с вершины кургана, на котором я несу дежурство, можно разглядеть мыс Сломанного Когтя. Самого друмлина, конечно, не видно, но я представляю его, и мне становится легче на душе.
Вершина мыса была открыта всем ветрам, которые не давали снегу занести друмлин. В бледном лунном свете отчетливо блестели кости, казавшиеся почти прозрачными. Дэрли даже подумала, что они сделаны из хрусталя.
— Дэрли, ты не замерзла? — заботливо спросил Фаолан.
— Нет-нет. Я просто… не могу объяснить, — ответила Дэрли и тихо добавила: — Мама?
— Она умерла спокойно. Брангвен был хорошим супругом.
— Плохо, что мы не встретились с ним, — сказала Мхайри.
Оказалось, что за несколько дней до их прибытия Брангвен ушел в Кровавый Дозор.
— А ты можешь показать нам кость Гром-Сердца? — спросила Мхайри.