- Две минуты, четырнадцать секунд. Ты можешь лучше.
- Вода с толку сбила после стены. Если б на ней тренировались, было бы лучше.
- Могла бы проплыть, а не терять время.
- И ходить мокрой потом. Не хочу. А что ты тут делаешь, вообще?
- Я веду физическое развитие и боевые искусства. У всех курсов, - мило улыбнулся этот гад.
- Это... Я тебя опять буду видеть...
- Каждый день, дорогуша.
- Я тебя ненавижу! - расплылась в зубастой улыбке.
- А будешь ещё больше, - довольно насвистывая, он пошёл к появившейся из арки, троллихе. Сопя, смотрела ему вслед.
- Пап, две минуты, четырнадцать. Но там был подвох, на нашей полосе нет глубокого бассейна после стены.
- Видел, молодец, что сообразила.
- Я узнала, почему тут Виллиор. Он будет вести боевые искусства и физкультуру.
- Вернулся, значит. Он учитель от создателя, тебе повезло.
- Знаю, но я его ненавижу.
- Как и я, в твоём возрасте, - расхохотался папа. Мы сидели на лавочке трибун, и наблюдали за состязаниями. Я привалилась к его плечу, и слушала комментарии.
- Вон, парнишка в сером, видишь, с красной шевелюрой, неплохо двигается, но базы нет, всё на одной силе проходит. Не обучали его нормально. А вон эльфийка, двигается замечательно, но слишком порывистая, потому и ошибается, может, с возрастом научится быть спокойнее. Тролли, без комментариев. Давно пора сделать для них отдельные полосы, каждый год же восстанавливают. Надо дать идею Виллиору. Он запросто пробьёт решение в Совете.
- Пап, что мне осталось пройти?
- Бег на время, прыжки вдлину. Отжимания, подтягивания - сколько сможешь, так что береги дыхание и не спеши. Проверка на выносливость. В конце бой с противником, для тех, кто сможет стоять на ногах. Кто это будет, не знаю.
- Хорошо.
Как же я устала, сил нет, а впереди ещё бой. Стою, облакачиваясь спиной на турник, с которого только что слезла, и делаю вид, что мне просто захотелось постоять, и вовсе я не падаю.
- Детка, ты как? - папа подхватил на руки, обеспокоенно заглядывает в глаза.
- Устала, ноги не держат.
- Давай, от боя откажемся.
- Пап, ты что, будут считать слабой.
- Ты выглядишь маленькой и слабой, пусть, так и думают, у тебя будет в руках козырь. Сходим и спросим, сколько у тебя сейчас баллов, если больше ста пятидесяти, смысла загонять себя нет. Ты показала себя замечательно. Поесть тебе надо и отдохнуть. Сейчас обед, а потом вернёмся посмотреть на бои. Оценишь будущих одногруппников.
- Хочу большой кусок мяса. С кровью.
- Столовая должна уже работать. Кормят тут не плохо. Кормили, лет пятьдесят назад.
У главной трибуны была толпа, все родители хотели узнать, сколько баллов набрали уже их отпрыски, да и сами поступающие ждали. Заняли очередь, меня посадили в уголок, что б не затоптали, не хотелось терять время, закрыла глаза и медитирую. Так быстрее восстанавливаются не только физические, но и магические силы. Рядом плюхнулось тело, скамейка вздрогнула. Приоткрыла один глаз, троллиха, и закрыла обратно. Хочет сидеть, пусть. Меня не трогает, и это главное. Ошиблась. Трогает.
- Слушай, ты тут с кем? - меня осторожно потыкали пальцем в плечо.
- С папой, - отвечаю, не открывая глаз.
- А это правда, что ты учиться поступаешь? Все гудят о том, что ребёнка грудного учиться привели.
- Правда. Поступаю.
Она посопела, обдумывая мой ответ.
- А на кого? - наконец, выдала, - Я не знаю, как ты будешь учиться, надо очень много знать уже сейчас. И тренировки... Тут, говорят, зверь один вернулся... Тебе будет очень сложно.
- Не знаю, на кого баллов хватит. Папа пошёл узнавать.
- Детка, - подлетел папа и закружил,- У тебя, уже сейчас, сто девяносто три! Решай, на кого учиться будешь! Можешь пойти на любой факультет!
- А где системы безопасности изучают, и лучше всего обороняются?
- Моя девочка! - расхохотался папа, - В Охране, конечно! Я тоже его заканчивал, будет семейным факультетом. Горжусь тобой, родная!