- Антонина Валерьевна, ваша дочь опять подралась, - так зовут мою маму, - повлияйте на неё.
- Снежа, ну что ж ты так, - Мама смотрит с укором, и мне стыдно.
Мне восемь. Мама подарила скейтборд. Все коленки и локти уже в ссадинах, не обращая на раны внимания, встаю на скейтборд. Я упрямая. Мама говорит, что в отца. Я не знаю, он никогда не пишет и не звонит. Возможно, что и в него.
На каникулах мама взяла меня на турбазу. Купила путёвку, мы ходили в поход, и я, навсегда, влюбилась в горы. Теперь, я хорошо себя веду и не дерусь в школе, мама пообещала ещё поехать со мной в горы, если буду хорошей девочкой.
Мне десять. Мой день рождения. На мне, снова, красивое платье. Волосы заплетены в сложные косы, мама целый час их заплетала. Накрыт стол, небольшой тортик посередине. Мой любимый – три шоколада. Пришел гость. Мама суетится у стола, и заискивающе заглядывает в лицо этому человеку. Она надеется, что он останется.
– Родная, это твой отец. Ал, это Снежана, твоя дочь.
Смотрю на этого большого дядю, мы с ним похожи. У нас с ним белые волосы, даже глаза, одинакового, светло-голубого, почти белого цвета, и совсем светлая кожа.
– Здравствуйте, - стою и не знаю, что говорить дальше.
Он подходит и берет меня за руку.
– Пустышка, – цедит он сквозь зубы, разворачивается, и уходит. Мама пытается что-то ему сказать, остановить, но он отталкивает её и выходит за дверь, с того дня она, как потухла. Она больше не смеялась. А я винила себя, это ведь из-за меня он ушёл. Я ему не понравилась. Я старалась учиться и быть самой лучшей, но он, так и не пришёл. Больше я его не видела.
- Родная, я постараюсь поправиться. Буду изо всех сил стараться.
Мы в больнице, мама совсем похудела и лежит под капельницей, через боль улыбается. Она так и не смогла пережить уход отца, таяла, день ото дня. У неё рак, но я не верю, это из-за его ухода она заболела.
- Мам, - я плачу, - Не бросай меня, у меня никого нет, кроме тебя.
Годы лечения так и не дали результатов. Продали всё из отцовских подарков. Он был щедрым, когда ухаживал за мамой, хоть, за это ему спасибо.
Кто такие сироты, я узнала в четырнадцать. Оказалось, что родных у меня нет, в графе отец – прочерк, и меня забрала служба опеки. Самая большая мечта в детском доме, что б тебя забрали, если есть кому. У меня есть отец. Ждёшь, и веришь, что вот, на сей раз… И слезы, когда не приходит. Смотришь на себя в зеркало и не понимаешь, что с тобой не так? Ищешь изъян, из-за которого всё так происходит. И не понимаешь, каждый раз не понимаешь, и снова ждёшь. Перестала ждать через год. Я знаю, почему он не пришел, поняла. Всё дети цветные. А я… как черно–белый снимок, рядом с ними. Слишком белая кожа и волосы, даже ресницы белые, бледные глаза, очень худая и нескладная. Выбирают ярких, красивых малышей. Такая, я не нужна ему. Что ж, значит, на свете я одна. У меня нет отца! Друзья из школы понемногу пропадали из моей жизни. У них свои заботы, кружки, курсы, подготовка к экзаменам и институтам, первая любовь, а у кого-то, и не первая.
Выпуск из детского дома. Вернулась в пустую квартиру. Мне повезло, что её не отобрали. Дважды повезло, что я была страшненькая, на других девочек, с интересом, смотрели уже с тринадцати, предлагали подработать телом, и они соглашались. Я, в свои четырнадцать - восемнадцать, была бледным скелетом. До двадцати пяти, даже, груди не было. Работы у меня после выпуска нет, как и профессии, образование - одиннадцать классов. Хорошо, что у меня всегда были мозги, и я училась. Дети очень жестоки, всех кто отличается от них, не важно чем, не принимают в компании и травят. Друзей в детском доме у меня не было, и единственное, что мне оставалось, это читать, специально напрашивалась в библиотеку. Планировала, что сделаю, когда выпустят. Разменяла квартиру на однушку с доплатой, устроилась уборщицей по вечерам, и готовилась к поступлению в вуз. Мне всегда нравились горы, поэтому свою жизнь решила связать с ними. Меня завораживали снежные шапки и бурные, непокорные реки, каждая гора имела для меня свой характер. Поступила на геохимика. Учиться мне нравилось, правда, уставала сильно. Закончила с красным дипломом.
Мне двадцать пять. Первый поцелуй, первые переживания. С личной жизнью сначала не сложилось, спасибо папе за внешность и фобии. Была пара романов, но… Я не верила мужчинам. После отца, никому не верила. Долго ходила к психологу, только, после трех лет занятий смогла создать семью, и наконец, перестала себя винить в смерти мамы.