Лаборатории криолитогенеза исследуют происхождение мерзлых толщ, текстуру мерзлых пород и льда, мерзлотное выветривание. Для этих работ подземные лаборатории особенно нужны, так как здесь ученые имеют возможность брать и изучать образцы в естественных условиях, в то время как в обнажениях, обрывах и даже в только что открытых шурфах пробы уже изменены процессами перекристаллизации льда от соприкосновения с теплым воздухом…
А вот геофизическая лаборатория. Здесь под землей ведутся очень важные, так называемые опорные измерения. Они дают основные физические и физико-механические характеристики мерзлых пород. Определяются скорости упругих волн в мерзлой среде, вариационные изменения — поглощаемость различными породами космического излучения…
Существуют еще и отдельные очень глубокие шахты. На больших глубинах проводятся геотермические исследования. Они выявляют динамику изменения тепла в верхних слоях Земли на протяжении столетий.
Каждому новому этапу развития науки соответствует здесь и новая постановка задач.
Вот лаборатории механики мерзлых грунтов. В основном это лаборатории проведения длительных опытов: продолжительные испытания на прочность, на различные деформации при неизменных и меняющихся температурах, при постоянных и меняющихся напряжениях (нагрузках). Здесь же проводится и разнообразное моделирование взаимодействия мерзлых грунтов с водой при очень широких вариантах.
В результате ученые получают все необходимые параметры для расчетов и выводят основные закономерности. Здесь можно ставить опыты в больших масштабах с очень мощными прессами.
Каждой лаборатории нужны для опытов различные отрицательные температуры вплоть до нуля, поэтому ее помещения располагаются в основном не вширь, а в глубину, то есть занимают несколько этажей, и, как я вам показывала в медицинском центре, имеют и сезонные камеры вблизи поверхности земли.
А вот мы пришли в блок пищевых продуктов. Тут изучают влияние холода на биологию пищевых продуктов. Здесь работают над синтетической пищей. Хранят исходные сухие химические смеси. Сухие вещества могут храниться в холодильниках без потери своих качеств. Искусственные мясные и молочные продукты, крупы и ягоды изготовляются в мире уже давно. Некоторые страны много лет уже имеют до пятнадцати процентов искусственных продуктов.
— Невкусно.
— Новые поколения привыкнут к синтетической пище и не смогут есть мясо убитых животных. Они будут удивляться нашему варварству. Но и продукты будут другие: они не будут имитировать естественные, они будут совсем новые. Я помню, когда-то на Чукотке ребятишки не стали есть свежие яйца, которые мы привезли им на пароходе. Все с удовольствием ели только яичный порошок. И сухое молоко.
Напоследок я покажу вам самое интересное.
И мы свернули с Шуговым направо.
— Вот. Сейчас мы войдем с вами… входим… в оранжереи. Смотрите, видите — обе стены из чистого льда и сверху донизу насыщены вмороженными в лед всевозможными растениями и цветами со всех концов света. Смотрите, как подсвечен лед откуда-то изнутри этим желтовато-розовым светом. И как он пронизан пересекающимися плоскостями ветвистых морозных кристаллов. Свет в них преломляется и создает вокруг растений эти мерцающие белые нимбы. И здесь так светло от ледяных стен и подсвета, что никакого другого освещения и не нужно.
Вот шелковисто-красные, пылающие огнем лилии с бархатными белыми тычинками, груды белой сирени, нежнейшие орхидеи всех оттенков и форм, розы невиданной окраски и размеров… Оранжереи идут далеко и имеют поперечные ряды.
А вот великолепный цветочный мемориал — вмороженный в лед букет цветов. Первый строитель этого подземного центра подарил этот букет своей невесте в день свадьбы. Пройдут столетия, обоих их уже давно не будет на свете, а букет этот останется таким же неизменно прекрасным. И эти простые васильки и маки, саранки и ирисы будут напоминать людям о вечной сохранности чувства!
Я остановила Шугова.
— Ну, вот, мы и закончили наше путешествие. Сейчас поднимемся наверх.
Мы вылезли из шахты на поверхность. Порывистый ветер волнами шел из бокового ущелья. Подземный центр остался внизу.
— У меня нет слов, — сказал Шугов. — Это в самом деле будет необыкновенное предприятие и сооружение. Целое царство. Как вы сказали: Главный подземный центр научных исследований? Потрясающе. Вы не любите таких слов, но я все же скажу — это очень перспективно. И нужно. Кто все это надумал?