2. Любая страсть берёт начало в наслаждении или страдании.
Сон дался мне тяжело, мысли словно рой пчел никак не могли успокоиться. Этот вечер да и весь день в целом, выдались тяжелым. Сначала Виктор Фурийманович завалил работой отшучиваясь тем что перед сдачей нужно все дела привести в порядок: «-чтоб комар носу не подточил.» как он сказал мне вчера днем. Так что весь день пролетел как в тумане, с бумагами, проверкой отчетностей, составлением доверенностей и прочей волокитой. Мы с коллегами за глаза называли его фурией, хотя не скажу что его характер соответствовал этому прозвищу, бывало порой он кричал на сотрудников, но то было всегда по делу, а не просто так.
Затем эта ситуация с недо-изменой Марка, даже вспоминать нет сил. Хорошо что Дженни моя подруга с которой уже знакомы были сто лет сразу мне прислала эти фотографии из кафе, где Марк и эта пигалица обжимались и ворковали. Дженн кочено сразу начала названивать с расспросами, а я сама ни сном ни духом, но увидев вечером Марк в квартире и его безмятежное лицо, я решила спросить чем он занят был весь день, что даже не отвечал на мои звонки. Было странно слышать повседневный рассказ про коллег, с которыми он якобы отмечал удавшуюся сделку, собственно это и стало причиной того почему он выпил, и так поздно вернулся. Когда же я ткнула его, как говорится носом в доказательство, что скинула мне подруга, у него глаза полезли на лоб, но этот изворотливый, решил что я совсем дура, раз не вижу лжи.
Он ведь всегда твердил, что мы ни как все и наша размеренная жизнь как у сорокалетней парочки, это подарок судьбы, что мы с ним обязательно распишемся, вот только видимо его планам не суждено сбыться уже. В добавок ко всему, словно вишенка на торте этот странный тип Гарри не давал покоя. То как он смотрел, его мысли и взгляд оставались для меня непонятными и было чувство двоякости каждый раз, это пугало и заставляло щеки гореть огнем, а коленки подгибаться, внизу живота собирался сгусток тяжести и не мог найти покоя. Все эти мысли беспокойно роились и не давали уснуть, уже ближе к утру забывшись в беспокойном сне я проснулась от резкого звука в мокром поту и уставилась перед собой, звук что разбудил и вырвал меня из сна был странным и доносился с той стороны двери. Судя по всему новый хозяин дома уже проснулся и собирался на работу.
- Шесть! Только шесть утра, твою за ногу! – простонав и зажмурив глаза я упала обратно на подушку натянув одеяло повыше. Этот день обещал быть насыщенным, уже сейчас я думала о том что он пройдет не так как я того хотела, но я еще не знала что меня ждет на работе, а точнее кто.
Когда я все же выглянула за дверь, никого не было ни в коридоре, ни на кухне, кстати она еще вчера показалась мне странной, чистота присущая всей квартире меня хоть и смущала первое время, ну не привыкла я к тому что один мужчина может жить в такой сверкающей квартире, но быстро смекнув о наличии клининговых услуг я поняла что мой новый знакомый Гарри явный педант, любящий чистоту и порядок. Так вот кухня выбивалась из общего антуража квартиры, она была огромной и сделанной явно не для холостяка, казалось что здесь живет большая семья, обеденный стол на шесть а то и больше персон, большая плита, полки заставлены вазами и стеклянной посудой, да я успела залезть, все же любопытство взыграло. Осмотрев кухню и стараясь понять сколько здесь проживает людей я так и не поняла, есть ли семья у этого вполне себе взрослого здоровенного мужчины. В стильной светлой гостиной меня встретила тишина и лишь подмигивание электронных часов говорило о том что уже пора выбегать на работу.
Сборы мои были быстрыми, но от того не столь удачными как мне бы хотелось, вещи что вчера привез курьер так и остались стоять в гостиной возле стены в коробках, а поиски гладильной доски или хотя бы утюга не увенчались успехом. Потому я смогла одеть и не смущаться своей неопрятности лишь свое вязаное платье цвета какао, длиной чуть ниже колена, оно сидело точно по фигуре, а как я поняла за последние месяцы я чуток набрала в весе, и пришлось сменить удобный комплект белья на тот что не станет впиваться в меня, трусики танго идеально подходили и не были видны, главное сильно не нагибаться. Набрасывая куртку и уже одной ногой влезая в ботинки на высокой танкетке я увидела записку одиноко лежавшую на тумбе.
«Поговорим вечером. Гарри.» - Гласила записка.
Перечитывая её снова и снова я никак не могла понять, он серьезно считает, что нам с ним есть о чем ЕЩЁ говорить, я так хотела поскорее смыться из этой квартиры и желательно забыть этого странно мужчину и все что здесь произошло. Он разрешил, нет даже почти приказал остаться и спать в его доме, мне, незнакомке, которую он чуть было не сожрал одним лишь взглядом там в лифте. Было странно видеть и его подпись в конце, словно он сделал это на автомате или кто-то еще мог оставить мне здесь записку. Вчера ночью я не заметила женской руки, ни в ванной, ни на кухне, которая могла бы мне подсказать о наличии или отсутствии в этом доме женщины, все просто сверкало словно натертое. Однако эти вопросы сами собой заполняли мою голову, и только он мог дать мне ответы на них.