Я вдруг осознала, что Марк мог оказаться на таким эгоистом, каким я считала его долгое время. Человек, думающий только о себе, даже и не подумал бы о том, чтобы предложить мне такое. Это осознание далось мне легко - как будто всё встало на свои места. Подсознательно я всегда стремилась оправдать парня, поэтому сведение о том, что в его груди билось доброе сердце, подарило некоторую степень облегчения.
- Это ты прости. За то, что вывалила на тебя свои переживания, - попыталась перевести его внимание и устранить неловкость, способную нарушить наше тёплое общение.
И даже если завтра всё вернулось бы на свои места, сейчас я хотела быть рядом с ним, слушать дыхание и вдыхать его запах, ставший уже почти родным.
Но, может быть, не стоило так сразу грузить его своими печалями, вдруг ему совсем неинтересно узнать о них?
- Тебе тоже не за что извиняться. Я рад, что ты поделилась этим со мной, - его взгляд был прямым, а голос серьёзным.
Он был искренен, на сколько я могла судить, и от этого явления моё сердце вспыхивало разноцветными искрами, похожими на новогодние фейерверки. Оно то замирало, то начинало неистово биться, и доктора, наверное, назвали бы мой недуг просто аритмией. Однако я чётко начала осознавать, что чувства к Марку становились всё серьёзнее, и этот внезапно открывшийся факт начал меня неимоверно пугать. И чтобы отвлечься от осмысления своих чувств, я решила сосредоточиться на визуальном.
Глаза зацепились сначала за родинку на скуле - маленькую и аккуратную, а затем наткнулись на выпавшую из причёски прядь волос - небрежно обрамляющую лицо. Рука почти потянулась за тем, чтобы заправить её за ухо, но я в последний момент одёрнула её и сделала вид, что хотела почесать колено. И тогда осознала, что на губах играла почти счастливая улыбка.
«Вот я дура конечно... Типичная влюблённая дура, растаявшая от одной лишь заботливой фразы» - вернулись мысли, от которых я старалась абстрагироваться.
Но сейчас я позволила себе побыть влюблённой дурой, потому что эти чувства дарили мне счастье. Стараясь не зацикливаться на этом, я осторожно сглотнула.
- Это самый необычный день рождения из всех, что были в моей жизни, - сказала я, направив взгляд на нос Марка. Смотреть в его глаза мне было неловко, ведь эти слова стали своеобразным признанием, которое он так и не понял.
Сердце нервозно билось в груди.
- А как же Норвегия? Разве там не было ничего необычного? Эта страна похожа на сказку... - задумался Марк, и немного повергнул голову вбок, тем самым открыв обзор на крепкие мышцы шеи и плеч. Рельеф проглядывал даже через плотную ткань толстовки и я не могла оторвать глаз от парня, хотя, честно, старалась это сделать.
Дыхание перехватило от желания дотронуться до него. Внезапно Петровский опять посмотрел на меня, застав врасплох, но ничего не сказал, только глаза его озорно блеснули.
Так, мне нужно ответить на вопрос!
- Простое застолье - почти такое же, как здесь, только с другими блюдами и людьми, - пробормотала я, разглядывая, насколько это было возможно, собственный рисунок на стене напротив.
Мой день рождения никогда не был захватывающим, как американские горки, он скорее был похож на детскую карусель. Такую медленную, с лошадками, чтобы не дай бог не пораниться и не убиться.
До определённого возраста мне даже нравилась эта карусель, на которой вместе со мной кружились родственники и друзья, но лет в пятнадцать, когда взрослые мысли стали вытеснять детские, моя взбалмошная натура стала засматриваться на стремительно движущийся поезд.
Я жаждала адреналина, мне было мало скорости этой когда-то любимой карусели. Поэтому я делала всё, чтобы вырваться оттуда, но, естественно, у меня ничего не получалось. Самой устраивать себе день рождения было такой же глупостью, как написать книгу и читая её удивляться, почему в ней такой финал, а не какой-то другой.
Мне нужны были люди, которые поймут что мне нужно, которые выгонят меня из зоны комфорта дружеским пинком под зад и заставят что-то чувствовать. Марк, конечно, вряд ли хотел доставить мне удовольствие, скорее отомстить, но неожиданно дал мне то, в чём я так нуждалась - яркие эмоции.
- Это на самом деле круто - вот так проводить время с семьёй. Я тебе даже немного завидую, - тихо сказал он, думая о чём-то своём.
Глаза Марка были направлены на вид из окна, как будто искали там что-то, а луна ласково гладила его по волосам.
Я нахмурилась и закусила губу, вспомнив, кем являлся его отец, и догадалась что он, видимо, не часто с ним виделся. Про его мать я совершенно ничего не знала, хотя, надо признаться, пыталась найти информацию в интернете, но безуспешно.