- Куда? - кажется, ему не терпелось оказаться дома, но он ничего не сказал.
- Вот сейчас едь прямо, потом на светофоре поверни на Ленина, то есть налево, а дальше во дворы, я покажу.
Марк молча согласился и сделал музыку погромче. Я с удивлением узнала композицию и начала притоптывать ногой, мысленно благодаря Марка за заботу. На весь салон разносился голос, от которого по телу пробегали мурашки, трекSaint Asonia-Ghostбыл одним из любимых в альбоме, а медленно нарастающая мелодия заставляла шевелиться и всё остальное тело. Всю дорогу я украдкой поглядывала на Марка - то, как уверенно он водил машину меня восхищало.
Я постоянно вертела головой и вспоминала школьные годы, проведённые на этих улицах. За окном мелькали деревья, небо было безжизненно тёмным, а в голове то и дело возникали мысли: «Вот в этом дворе я впервые поцеловалась», «за этим магазином впервые покурила», «здесь мне признались в любви».
Я постукивала кулаком по двери, в такт музыке, и мы с Марком переглянулись, подарив друг другу улыбки. «Форд» разрезал воздух и порой казалось, что машина летит, будто между асфальтом и колёсами ещё было какое-то место для воздуха. Плавное движение, сосредоточенный, но расслабленный взгляд, моё спокойное дыхание и ощущение домашнего уюта - всё имело смысл в этот вечер, казавшийся нереальным. Но в то же время я понимала - это по-настоящему.
Оказавшись в «густом» дворе, где расстояние между домами было заполнено высокими деревьями, кустами и старенькой детской площадкой, а машины стояли прямо на обочинах, мы долго не могли припарковаться, но когда, наконец, сделали это, то оба вышли на улицу. Убедить Марка остаться и подождать меня в автомобиле, мне не удалось, поэтому пришлось смириться и взять его с собой. Дождь уже закончился, поэтому шли мы медленно, и вопреки тому, что дорогу в нужное место знала только я, Марк шёл впереди.
Вот как он так ходит аккуратно? Ловко рассекает воздух своими «мартинсами» и даже не думает обходить лужи. А я верчу ступнями, аккуратно опускаюсь на носочки, косолаплю, да всё никак не могу остаться чистой в такую погоду - грязь разбрызгивается до самых коленок. Может, это магия такая?
Я обогнала Петровского и привела его к ничем не приметной железной двери, затаившейся в арке длинного панельного дома. Она была оснащена небольшой камерой, посмотрев в которую, я вызвала охранника. Он появился в дверях, сверкая лысой головой, разглядывал моё лицо несколько секунд и кивнул сам себе, затем спросил пароль и я тихо ответила:
- Развратная горгулья.
Марк, услышав это, негромко хмыкнул в кулак, а я ткнула его в бок локтем, чтобы не смеялся.
Глава 29
Дверь распахнулась шире и охранник с невозмутимым лицом смотрел перед собой, когда я проходила внутрь. Обернувшись, я заметила, что Марка он смерил недоверчивым взглядом, но всё же пропустил - он был со мной, а значит, всё в порядке.
Мы спускались вниз, ориентируясь по фиолетово - розовому неоновому свету, вдыхая запах дыма с примесями - в этом месте очень любили кальяны. Думаю, здесь курили и кое-что другое, но мне совершенно не хотелось быть в этом уверенной. Пройдя мимо двух амбалов, стороживших вход в основное помещение, я сразу ощутила то самое забытое чувство, с которым появилась здесь в первый раз. Марк, пока что, плохо понимал происходящее, потому что вряд ли жизнь заносила его в такие места. И это было неудивительно.
Это место было чем-то вроде клуба «для своих», где самым важным условием была конфиденциальность, а потому посторонним вход сюда был заказан. Мне здесь доверяли, поэтому я могла провести с собой человека, за которого поручусь. Почему-то, я была уверена, что Петровский никому не расскажет об этом месте.
Люди, которые заправляли здесь, называли свой тайный штаб просто «подвалом» или «дырой», но такие слова ничуть не описывали внутреннее убранство. Тёмные стены и пол имели фиолетово-синий оттенок, за счёт неона, с помощью которого освещались бутылки на задней стене бара. За длинной стойкой работал молодой парнишка с растрёпанными волосами и увлеченно перемешивал в шейкере далеко не первый коктейль для мужчины, сидящем на высоком стуле.
В большое квадратное помещение была втиснута разнообразная развлекательная техника, мягкие диваны глубокого баклажанового цвета и аккуратные столики, которые, как я помнила, собираются в один большой. На стене справа транслировались бои, и мужчины шумно спорили, сидя на диване. На столике перед ними стоял кальян, а вокруг него располагались полупустые пивные кружки. Тусклые прожектора освещали срединное пространство, которое служило танцполом, и создавали нужную атмосферу. А в дальнем углу спряталась неприметная, в цвет стены, дверь за которой я никогда не была.