Пролог
Белесый дымок тумана застилал верхушки низеньких кустарников и трав, растущих в лесу. Было тихо. Слышен лишь шелест листвы деревьев, дрожащих от порывов ветра и кровь, то, как она передвигалась по моему телу, гонимая толчками сердца. Высокие деревья раскачивались, издавая тоненький скрип, похожий на противное хихиканье.
В ушах звенело, а глаза застилала пелена. Каждый шаг доставался с огромным трудом. Превозмогая боль в мышцах и висках, я продолжала передвигать ноги. Шаг. Еще один. Третий, четвертый... Я совсем уже скоро дойду. Еще пятнадцать метров и все - я в безопасности.
Кончики пальцев немели от холода, а правому боку, наоборот, слишком тепло, из-за постоянного кровотечения.
Уже видна река.
Резкий порыв ветра распахнул кофту, выпуская тепло наружу, и засыпал глаза песком и пылью. Из глаз потекли слезы. От раны на боку я медленно отняла, липкую от крови, руку и поднесла ее к глазам, утирая слезы.
В голове послышался шум, похожий на чье-то медленное и размеренное дыханье.
И вдруг в голове раздался голос, который раньше заставлял мои колени дрожать от ужаса, но не теперь:
- Не убегай. Я все равно тебя найду. Ты будешь принадлежать мне!
От неожиданности я запнулась о камень, торчавший из земли. Падая на землю, я подвернула ногу и распласталась на холодной листве. Я тихо вскрикнула от боли, простреливший раненный бок. Схватившись обеими руками за дерево, растущее рядом, я начала тихонько подтягиваться по его стволу, дабы снова принять вертикальное положение.
Как только под ногами вновь появилась земля, я продолжила идти, переходя на медленный бег.
Я почувствовала на спине прикосновение ледяной ладони. Быстро обернулась, но никого не увидела. Страх уродливыми когтями впился в сердце.
Нет. Нет, нет, нет!!! Я больше никогда не позволю тебе приблизиться ко мне! Никогда!!! Ты никогда не посмеешь прикоснуться ко мне и причинить боль!
В ушах зазвучал хриплый смех:
- Ха. Все равно ты моя, хочешь того или нет! Тебе не скрыться от меня. Ха-ха-ха!
Тело охватила дрожь страха, но не за себя. Прорывая густую паутину, висевшую на ветвях хвои, я добежала до берега реки. Вода была такая спокойная со своим размеренным течением. Она медленно перетекала с камня на камень, неся на себе тонкие стекляшки льда. Я находилась на грани обморока. Сказались регулярные недосыпы, физическая нагрузка, боль и кровотечение. Сделав еще пару шагов, мои ноги подкосились, и я упала, сложившись как карточный домик. Согнув ноги в коленях, я подтянула их к груди и свернулась в клубочек, совсем как когда-то в детстве, когда мне было страшно. Я лежала и смотрела на воду. Она так успокаивала. Казалось, нет никаких проблем, времени. Нет ничего, только безмятежность. По моей холодной щеке скатилась слеза. Всего одна. Не от страха, не от боли или ощущения полного одиночества. А от радости. Да, вот такой я странный человек. Я лежу в лесу на промерзлой земле, совсем одна. Лежу и умираю. И плачу от радости. Губы непроизвольно растянулись в счастливой улыбке. Как хорошо, что ты не со мной. Хоть кого-то я смогла спасти.
По старой привычке начинаю петь псалом, восхваляя и благодаря Господа, что ты уже далеко от сюда. Допевая последние слова срывающимся, хриплым голосом, я продолжала смотреть на воду. Я чувствую, как сознание покидает меня. Еще минута и покой. Долгожданный покой, хоть где-то я смогу спокойно поспать, ничего не боясь.
Тяжелые веки опускаются на глаза, и последнее что я слышу - это крик:
- Иванесса!
А дальше... Дальше тьма.
Глава 1
Есть такое отвратительное чувство, когда ты спишь, но что-то начинает упорно мешать тебе. Ты уже толком не спишь, но еще и не встала. И при этом, ты осознаешь, что можно еще немного поспать.
Так вот, я находилась примерно в таком состоянии. Где-то на границе между явью и сном. Но свой решающий вклад внесли шорохи и лязганья за окном. И мне пришлось, как и любому другому обладателю чуткого слуха, проснуться.
Резко распахнув глаза, я увидела старый деревянный потолок чердачной комнаты. Старенькие почерневшие доски, которые я наблюдала в течение всей своей жизни, стали уже ненавистными, но такими родными. Я знала каждую черточку и щепку, знала от чего появились некоторые из них. Например, потолочная балка, висевшая прямо над моей кроватью, была треснута ровно посередине из-за воды, протекавшей через щель в потолке.
На улице вновь раздался шум, на этот раз разбившегося стекла. Любопытство разгорелось во мне маленькими искорками. Наша улица была тихой, здесь никогда ничего не происходило, всегда было спокойно. Поэтому малейший шум заставил меня гореть от желания посмотреть, что там такое происходит. Поспешно выпутавшись из одеяла, которое, очевидно, по ночам жило своей жизнью, я села в кровати.