— Какой чертов позор, — пробормотал Алекс. — Ты один из лучших, кто у нас есть.
— Мне очень жаль. — Дилан тяжело выдохнул. — Я буду продолжать работать, пока мы не найдем замену. И я надеюсь, что все еще смогу оказать некоторую удаленную поддержку. В конце концов, у нас есть видеозвонки и телефоны.
— Когда оборудование работает, — напомнил ему Алекс. Экран замерцал, словно в подтверждение его слов.
— Да, я знаю. Но, надеюсь, при наличии финансирования мы сможем инвестировать в более качественное оборудование. Это поможет в нашем долгосрочном плане, согласно которому основную работу будет выполнять местный медицинский персонал, обращаясь к нам за советом только при необходимости.
— Да, знаю. Но я все еще беспокоюсь за тебя, чувак. Ты здесь как часть мебели. Ты уверен, что принимаешь правильное решение, оставляя это позади? Ты сам сказал мне, что это твое призвание, что ты больше ничего не хотел делать, кроме как работать здесь, с нами. Я беспокоюсь, что ты делаешь опрометчивый выбор и позже пожалеешь об этом. Возможно, тебе стоит переспать с этой мыслью несколько дней. Убедиться, что это правильное решение.
— Я знаю, что оно правильное.
— Но почему ты передумал? Это из-за твоего отца? Он болен?
— Нет, не из-за папы, — сказал Дилан. — Хотя быть ближе к нему будет хорошо. Это кое-что другое. Я встретил женщину, с которой хочу провести остаток своей жизни.
Алекс моргнул.
— Тебя не было всего несколько недель. Как ты можешь быть уверен?
— Я знаю ее большую часть своей жизни. — Дилан приподнял бровь. — И я уверен. Я принял решение и не изменю его. Так что давай поговорим о том, как мы будем продвигать проект.
— Хорошо. — Алекс кивнул. — Я разочарован, но давай поговорим.
Глава 27
— Можешь поверить, что до Рождества осталось всего два дня? — спросил Кейси, ухмыляясь, когда вошел в гримерную. Анна и Марта выкрикнули его имя, а Эверли повернулась на стуле и улыбнулась ему. — Не то чтобы тебя это волновало, когда ты вся в любовных утехах, — добавил он, подмигнув ей.
Она рассказала ему о заявлении Дилана. И что они попытаются все наладить.
— Меня больше беспокоит интервью, которое я дам позже, — сказала ему Эверли, обводя губы мягким красным карандашом, прежде чем накрасить их помадой того же цвета. — Почему я вообще согласилась на это?
— Потому что это хорошая реклама для театра. — Он прижался губами к ее макушке. — И в любом случае, ты любишь говорить о себе, с тобой все будет в порядке.
— Ты такой грубый. — Она покачала головой, закатив глаза при виде его отражения в зеркале.
— Вот почему ты любишь меня. — Он взъерошил ей волосы, и она оттолкнула его. — В любом случае, я хотел уточнить у тебя, прежде чем отправлюсь забирать своих родителей. Чья это была идея — устроить вечер друзей и семьи так близко к Рождеству?
— Моя, — сухо ответила Эверли. — И это отличная идея. — Двадцать третье число было днем, когда сотрудники могли купить места за полцены для своих друзей и родственников, приехавших из другого города. — Посмотри, как это всех обрадовало, — сказала она, указывая на Анну и Марту.
Она сама распределила билеты несколько недель назад. Дилан должен был быть в зале. И она дала Миллеру Карсону три билета, для него самого и его друзей-журналистов. Остальные билеты, которые у нее были, она отдала другу Дилана, адвокату Джеффу и его семье.
Завтра состоится их последнее выступление перед Рождеством. Вместо вечернего представления у них будет дневной концерт, чтобы те, кто приехал из других городов, могли благополучно вернуться домой к ночи в канун Рождества.
Она извлекла урок из своей ошибки в прошлом году, когда в канун Рождества у них неожиданно разразилась снежная буря. Так что на этот раз они выступят пораньше, и все смогут вернуться домой при дневном свете. Завтра вечером для тех актеров, которые не собирались проводить Рождество со своими близкими, она устраивала вечеринку в гостинице.
И Дилан тоже будет там, вместе с Чарли и многими их друзьями. Она была взволнована при одной мысли об этом. Она проведет Рождество не только со своей семьей, но и с мужчиной, которого любит.
Она не могла перестать улыбаться.
— Ну, если ты уверена, я пойду. — Кейси осторожно поцеловал ее в щеку, чтобы не испортить макияж, который она нанесла на лицо. — Ни пуха ни пера.
Она послала ему воздушный поцелуй, когда он уходил, закрывая за собой дверь. Мгновение спустя один из танцоров приоткрыл дверь и просунул голову в щель.
— Тебя кое-кто спрашивал, — сказал он ей.
— Миллер Карсон?
— Да. — Он кивнул.
— Не мог бы ты привести его ко мне. — Она не ожидала, что у нее будет интервью до окончания шоу, но было бы невежливо заставлять их ждать.
— Хочешь, чтобы мы ушли? — спросила Марта.
Эверли сморщила нос.
— Вы не обязаны. Не хочу выгонять вас из собственной гримерки.
— Все в порядке. У нее роман с Ксавье, и она хочет сделать ему сюрприз на случай, если он все еще будет одеваться, — сказала Анна, одарив подругу улыбкой.
— Заткнись. И вообще, я никогда не видела парня, который выглядел бы голым лучше, чем он. — Марта потянула подругу за руку. — Увидимся на сцене.
— Спасибо. — Эверли послала им воздушный поцелуй. — Надеюсь, вы поймаете его в трусах.
Она улыбнулась, когда вошел Миллер вместе с пожилым мужчиной в круглых очках и молодой брюнеткой, одетой во все черное.
— Здравствуйте, — сказала Эверли. Она была в своем сценическом костюме, благодарная за то, что собралась раньше обычного, но на ногах у нее все еще были пушистые тапочки. — Я так рада, что вы все смогли прийти. С билетами проблем не возникло?
— Все хорошо. — Миллер одарил ее самой теплой улыбкой. — Я знаю, что мы встретимся после шоу, но сначала я хотел представить вас всех. — Он посмотрел на молодую женщину. — Это Риа Карсайд с веб-сайта Footlights.
Эверли наклонилась вперед, чтобы пожать ей руку.
— И ты, вероятно, знаешь Роберта Дэнверса из Playbill, — добавил Миллер, представляя своего другого спутника.
— Конечно. Большое спасибо, что приехали. Я знаю, что это далеко от Нью-Йорка.
— Очень приятно. Я остаюсь на праздники у семьи в северной Вирджинии, так что это недалеко. — Роберт пожал ей руку. — Я знал твою бабушку. Ты необычайно похожа на нее.
— Спасибо. — Эверли глубоко вздохнула. — Мы пытаемся сделать так, чтобы она гордилась нами. — Она взглянула на холодильник в углу комнаты. — Могу я предложить вам что-нибудь выпить? — спросила она их. — У нас есть либо вода, либо шампанское.
Роберт рассмеялся.
— Все в порядке. Мы пойдем на свои места. Хочу прочувствовать театр.
Раздался еще один стук в дверь. Эверли подавила смешок. Даже по театральным меркам становилось многолюдно.
— Извините, посмотрю кто это.
Когда она открыла дверь гримерки, то увидела Дилана, стоящего по другую сторону, и ее сердце немного екнуло. Позади него стояла семья: мужчина лет тридцати, его жена и двое маленьких детей, которые едва могли стоять на месте от волнения.