Андерс шагал позади волков, беспомощный… бесполезный, без ледяного копья для броска. Внезапно штабель деревянных ящиков, стоявших в узком переулке между двумя домами, рухнул, их днища выгорели, выбросив каскад тлеющих дров и углей на саму площадь доков.
Андерс отпрыгнул в сторону, груда бревен приземлилась так близко позади него, что шерсть на его хвосте была опалена, и когда он резко обернулся, чтобы убедиться, что никто не застрял под обломками, он взвизгнул от ужаса.
Он знал эти ящики. За домами, окружавшими порт, тянулась широкая улица, так что уличным детям требовалась своя самодельная лестница, чтобы забраться на крышу этих особняков, где многие из них любили спать. Они спустятся по стене, а затем воспользуются ящиками для окончательного спуска… но теперь кирпичи стены горели, и ящики горели.
Он отступил на несколько шагов, вытягивая шею и тихонько поскуливая, пытаясь разглядеть что-то за людьми, пламенем и дымом.
«Пожалуйста, нет, пожалуйста, никого там не будет». Слова отбивали ритм в его голове.
Но теперь, когда он смотрел, изображение внезапно стало четким, и он понял, что на крыше были знакомые очертания. Там он увидел Джерро, две фигуры, которые, вероятно, были его младшими братьями, и полдюжины других позади них, все дети, с которыми он вырос на улице. Они отчаянно махали руками, и он видел, как шевелятся их рты, но шум площади заглушал их.
— На крыше! — взвыл он, стараясь перекричать шум. Но волки были заняты борьбой с огнем, и никто из людей не мог понять его. Крик раздался сверху, когда пламя поднялось выше, клубы дыма окутали детей.
Он поспешно заставил себя вернуться в человеческую форму, боль пронзила его руки и ноги, так как жар огня сделал изменение почти невозможным. Почти, но не совсем. Он подбежал к тому месту, где двое мужчин устанавливали лестницу, подталкивая ее к дому и чуть не сбив в спешке вторую лестницу. Он схватил ближайшего мужчину за руку.
— Нам нужно подняться выше, — крикнул он, указывая вверх.
Глаза мужчины расширились, и он посмотрел вверх, щурясь сквозь дым. Но мгновение спустя он покачал головой.
— У них есть свои пути вниз, — сказал он. — У них всегда есть путь вниз. Иначе как бы они там оказались?
— Нет, — запротестовал Андерс. — За этими зданиями ничего нет… если бы они могли, их бы там уже не было!
Но мужчина оттолкнул его, и Андерс отшатнулся, когда вокруг него закружилась толпа. Он должен был что-то сделать! Чтобы помочь людям у окон, пришлось потесниться на двух лестницах, и только одна была нужна. Если он не найдет способ помочь Джерро и остальным, они сгорят.
Он выпрямил спину и подошел к мужчине.
— Послушай, — сказал он, надеясь, что его голос не дрожит так сильно, как его внутренности. — Я из Ульфара, и это приказ. Поднимите вторую лестницу на крышу!
Мужчина снова посмотрел на него, на этот раз оценивая его форму. Он открыл рот, как будто хотел возразить, и Андерс уставился на него, изо всех сил думая о Сигрид, Эннар, Виктории, Рейне в плохом настроении, и вкладывая все это в свой взгляд.
И это сработало.
Мужчина отвернулся, что-то сказал своему соседу, и они вдвоем придвинули лестницу поближе к стене, чтобы верхние перекладины были выше. Через мгновение по ней уже спускалась вереница ребятишек, наполовину соскальзывая в спешке на землю.
Андерс ждал внизу, чтобы помочь им. Джерро был в старом плаще Лисабет, теперь выкрашенном в черный цвет, и шел первым. Он почти пробежал мимо Андерса, прежде чем понял.
— Андерс!
Он обхватил Андерса руками, и через мгновение две другие пары рук обхватили их обоих, потом еще и еще, с Андерсом посередине. Он почувствовал что-то у бедра, и был почти уверен, что кто-то обшаривает его карман, но он знал, что это просто привычка, и не возражал.
— Тебе надо убираться отсюда, — тихо сказал он. И все они знали, что он прав… в следующий момент кто-нибудь спросит, где их семьи.
Шепотом поблагодарив, они разошлись по одному и по двое и исчезли в темноте. Когда Андерс остался один, то понял, что волки побеждают… здания были сильно повреждены, но огонь почти погас.
Возможно, настал момент ускользнуть… сделать последнюю попытку выследить женщину в зеленом. Выяснить, что она знает о Рейне, и почему у нее заколка для волос его сестры. Если он пойдет по своим собственным следам туда, откуда пришел, она может быть где-то на этом пути.
В ушах у него звенел голос Сигрид, ее слова из той ночи, когда он прибыл в Ульфар:
— Бежать один раз — это понятно. Во второй раз я бы не проявила такого сочувствия.
Если он побежит и не успеет вовремя вернуться в Ульфар, что тогда будет?