При воспоминании об этом свидании у нее засосало под ложечкой. С одной стороны, она как бы уже смирилась со всей необычностью ситуации, в которой оказалась, с другой была несколько сбита с толку скоростью развития событий.
Для человека, чья жизнь двадцать три года протекала тихо и размеренно, экономя на эмоциях и событиях, все происходящее было немного «чересчур». Даже просто визит в Англию, остался бы для нее самым ярким впечатлением в жизни. Но, видимо в качестве компенсации за скучные годы юности, судьба подарила ей не простую поездку, а с массой приключений в придачу.
- Хорошо, - согласилась она, - раз уж мне ни о чем нельзя спрашивать, проведите хоть небольшую экскурсию по деревне.
При этой просьбе Том скорчил такую гримасу, какая возникает у людей, жующих лимон.
- Но я же могу заблудиться ночью! – Воскликнула Александра, удивленная такой реакцией на простую, с ее точки зрения, просьбу.
- У меня дел по горло, - забрюзжал Том, - к тому же тут заблудиться нельзя, особенно ночью. Спросишь дорогу у первого, кто подвернется.
- А если никого не встречу? - С обидой в голосе сказала Саша.
- Встретишь. – Заверил Том. – Днем еще так сяк, а ночью от них спасу нету. Вечно кто-нибудь крутится под ногами.
С этими словами сторож развернулся и пошел прочь, оставив Сашу стоять в одиночестве на пустой улице.
Девушка вздохнула и поплелась по дороге, все еще шокированная приемом, который ей оказал Томас Бейли. При первой встрече, после ее аварии, он показался ей довольно милым и душевным: поил лечебным чаем, не отходит от кровати даже по ночам. А оказался занудным и ленивым старикашкой. Ну и Бог с ним, - сказала сама себе, обиженная Саша, - я и без него тут во всем разберусь.
Глава 25
Солнце почти зашло и деревню окутали загадочные сумерки. Кроме того, начал сгущаться туман, который не уходил полностью даже в самые светлые и солнечные дни. Атмосфера таинственности, казалось, пропитывала Мортвуд насквозь. - Тут хорошо ужастики снимать, - тихо произнесла Саша, за что была удостоена удара ледяного ветра в спину. Пока Александра бродила по окрестностям, она непрерывно чувствовала, что жители рядом. Их неземной холод не отпускал ни на минуту, но говорить с ней, никто не смел, видимо, это и вправду было им запрещено, пока Хейзел и остальные из этих «главных» не посвятят ее в курс дела.
Пройдя по основной улице, Саша попала на небольшую площадь, на которую выходили несколько крупных, даже можно сказать монументальных построек, скорее всего, когда-то служивших правительственными учреждениями. Окна зданий были заколочены, краска фасадов почти полностью облупилась. Сердце сжималось от чувства тоски и безысходности, которое охватывало при взгляде на такое запустенье.
Над крышей одного из зданий возвышалась башня с часами, такими же старыми и застывшими, как все вокруг. Потемневшие от времени, с едва различимыми цифрами и ржавыми стрелками, они словно поставили жирную точку в истории жизни Мортвуда, навсегда остановив в нем время.
Саша вдруг почувствовала себя безумно одиноко. Весь огромный мир перестал для нее существовать, сузившись до этой маленькой заброшенной площади. Ощущение безысходности захлестнуло душу, она вспомнила бабушку и безразличную к ее существованию мать, почему-то подумала про отца, который, возможно, даже не знает про ее существование. Никому на целом свете она была не нужна, даже лучшая подруга променяла ее на возможность подзаработать.
Александра опустилась на полуразвалившуюся каменную скамейку, закрыла лицо руками и горько заплакала.
- Не надо плакать, мисс! – Воскликнул совсем рядом знакомый тоненький голос.
- Марта? – Спросила Саша, поднимая глаза.
- Да, мисс, - сказала Марта, - это опять я. Меня послали за вами, что бы я помогла добраться до трактира, но вас не оказалось в особняке, и я решила, что вы, наверное, гуляете по деревне.
- Ты не представляешь, как я рада, что ты здесь! – Воскликнула Саша, жалея, что не может обнять эту милую и добрую девушку. Ей сейчас очень не хватало ощущения заботы и тепла, которое убедило бы, что не всем еще на белом свете плевать на нее.
- Не расстраивайтесь, мисс…
- Алекс, пожалуйста, зови меня Алекс, - попросила Саша, утирая слезы, которые, не желая останавливаться, катились по щекам снова и снова.
- Да, Алекс, - робко повторила Марта, - вам так плохо от того, что вы сидите тут.