Говорят, именно в ту ночь и родилась легенда о мальчике без лица – в то мгновение, когда отец Уильяма поднял с земли мешок, с которого всё еще стекала кровь его родного сына. Уильяма так и не нашли, и одному лишь небу известно, что с ним сталось.
Вскоре на домах троих обидчиков появились странные знаки, напоминавшие ворона. Никто не знал, откуда они взялись –словно их нарисовала чья-то рука. А в следующее новолуние троя мальчишек бесследно исчезли, и больше их никто не видел.
Так и появилась легенда, которая живет до сих пор и заставляет грешников платить за свои деяния. Она медленно крадется по улочкам нашей деревни под покровом ночи и неусыпно следит за его жителями своими вороньими глазами.
Стоило старухе закончить свой рассказ, как Анна начала громко плакать упав на пол. Горе женщины невозможно было усмирить, и старушка это понимала…
-Кто вы? – крикнула Анна продолжая плакать.
-Я та, кто услышала всю историю из уст самого леса!
-Вы тоже видели его? Он…
-Я вижу его! Каждую ночь мальчишка ходит по лесу в своем черном одеянии, передвигаясь словно по ветру, - выдохнув, старушка похлопала плачущую женщину по плечам и исчезла как по щелчку пальцев.
Стоило седоволосой раствориться в воздухе, как входная дверь резко распахнулась впуская поток того самого ветра в дом.
Боль в её груди усиливалось и Аннабель понимала, что сейчас она оплакивает не только свою дочь, но и Уильяма – которого прозвали мальчиком без лица.
-Бедный малыш! – сжав руками своё сердце, Анна кричит от переполняющей её обиды за этих детей.
Проплакав бесчисленное количество времени Анна успокаивается лежа на полу, устремив свой взор в темный лес, откуда начал виднеться черный силуэт словно явился на её зов. Словно почувствовал, что его еще кто-то оплакивает помимо отца.
Силуэт подходило все ближе и ближе, вызвав отчаянную улыбку на лице Анны. Остановившись перед дверью, черная дымка начала сгущаться и увеличиваться.
Встав с деревянного пола, Анна сделала пару шагов в его сторону и потянула руку, которую сжали в ответ. Но лица так и не было видно.
Прикрыв глаза, Анна прошептала:
- Береги мою дочь, Уильям… и, спасибо тебе!
Силуэт кивнув, оставляет на руках женщины воронье перо и уходит прочь обратно в лес, где его поджидает одинокая белая волчица, очень похожая на ту старушку.
Конец