Цель: Провести с Максимусом Нэшем воспитательно-разъяснительную беседу и отбить интерес к написанию философской литературы.
ВНИМАНИЕ: Возможно Максимус нанял для охраны бывших спортсменов из лиги смешанных единоборств. ОРУЖИЕ ПРИМЕНЯТЬ ПО МИНИМУМУ!
Вот как? То есть, мы с Критикой теперь ещё и нравоучениями будем заниматься? Кровожадные убийцы довольно быстро превратились в воспитателей для… кхм… Писателей и философов. Да и признаться честно — не так уж у Верховного лидера много противников. Тут от оппозиции одно только слово! Интересно, чем же молодой писатель смог зацепить людей? Написал что-то про вампиров или студентку, которую отБДСМил миллиардер? Интересно…
Размышляя о роли философской литературы в современном обществе, я направился в гараж. Критика уже стояла возле моей машины и злорадно ухмылялась…
— Что такое? — нахмурившись, спросил я.
— Подготовила для тебя небольшой сюрприз. — фыркнула она, скрестив руки.
— Не понял… — я обошёл машину и моё сердце с ужасом ёкнуло. На заднем окне красовалась пышная надпись «Бояре».
— Мило, не правда ли?
— Ты-ы… — проскрежетал зубами я: — Ох! Если бы не день связи с Землей… Я бы снял ремень, стащил с тебя штаны и так бы отхлестал! Ох… Но ничего. Сегодня я увижусь со своими детьми. Поэтому я даже был бы не против фотографии Хэнсона на бардачке.
После моих слов Критика стала выглядеть, как-то очень странно. Обычно она смотрела на меня, как на говно и не упускала возможности отвешивать неприятные шутки. Однако сейчас побледнела и молча села в машину.
— С тобой всё хорошо? — осторожно поинтересовался я.
— Отвянь. — сухо ответила напарница и сразу же отвернулась. Хорошо… Мне не сложно.
Запустив двигатель и включив радио, я плавно выехал на улицу.
— …чательная среда! Поэтому, для поднятия настроения — группа «Где Фантом?»! ПОЕХАЛИ!!! — воскликнул ведущий и из динамика полилась довольно бодрая мелодия.
(ссылка на песню https://www.youtube.com/watch?v=5TXq0MSiWVU)
— Это так архаично… Преследовать кого-то тысячу лет. Это так архаично… Желать кому-то зла по многу лет! Это так архаично, оценивать кого-то с высоты своих лет… Это так архаично, по долгу рассуждать — кто прав, а кто нет! Будет так не привычно… выходить из пещеры на солнечный свет!
Сегодня был просто потрясающий день! Чистое небо, яркое солнце и легкий ветерок, который пытался нагло задрать юбки студенткам из Военного института, которые толпой выстроились возле пешеходной зебры. Увы, никаких развратных видов, поскольку клетчатые мини носили только в китайских порномультиках.
— Ты прочитала задание? — поинтересовался я.
— Да. — сухо ответила она.
— Из-за этого такая отреченная?
— Что? — Критика посмотрела на меня, как на доставучего комара, который ночью зудит над ухом: — Сэведж… Тебе поговорить не с кем, или что?
— Ты — мой подчиненный. И сегодня ты выглядишь странно. Если сейчас ты из-за своих демонов, которые сидят в голове, опять застрелишь беззащитного человека — по каске получу я. Ты это понимаешь?
— Понимаю. Не бузи! Всё будет хорошо. — фыркнула она и вновь отвернулась. Что за наглая девчонка?! Может подкараулить, и когда она не будет этого ждать — шлепнуть ей ремнем по заднице? Хороший вариант. Правда, меня сразу же застрелят. Не нарочно… Просто из-за маниакального автоматизма.
Штаб-квартира Нэша располагалась в обычной жилой башне. Проблема заключалась в том, что мы, как вигиланты, должны были пройти максимально незаметно. Если соседи вызовут копов — нам впаяют штраф по очкам.
Напялив шлемы, мы вышли из машины и направились в переулок, прямиком к пожарной лестнице. Дернув железную рамку на себя, я жестом пригласил Критику:
— После вас, мем!
— Господи… — обреченно выдохнув, она схватилась за поручни, и подтянувшись, полезла наверх. Уффф! Какой замечательный вид.
Получена ачивка: «Охладите траханье»
+ 300 к развратности
Ага! Охладите, блин… Уже и посмотреть нельзя.
Поднявшись в след за Критикой, я аккуратно пролез в окно на втором этаже. Нам ещё очень повезло, что сейчас большинство местных жителей было на работе, поэтому коридор пустовал.
— На четвертый этаж. — произнес я, увидев отметку, и мы направились к лестничной площадке: — И помни — никакого оружия!