Дрожащей рукой я открыл дверцу кабинки, и запустил следующего. Каждую неделю одно и тоже… С одной стороны — здорово, что я могу видеть и слышать их, а с другой — это как соль на рану. Между нами миллионы километров и лишь 10 марсианских минут каждую неделю.
Так! Критика не должна увидеть меня в таком состоянии… Похлопав себя по щекам, я вновь превратился в Марка Сэведжа и подошёл к Волжане. Самое странное — внутри никого не оказалось. Может быть, напарница ещё разговаривает?
— Эрис! Покажи отметку Критики… Она разговаривает?
— Нет. Судя по её перемещениям, она даже не заходила на станцию. Сейчас выставлю отметку. — спустя мгновение помощница показала мне карту и маленькую сигнатуру совсем неподалеку.
— Погоди… Это переулок?! — с ужасом выдохнул я.
— Да. Между станцией и пиццерией.
— Твою мать! Неужели на неё напали? — сердце неистово застучало, а я быстро побежал в сторону переулка. Как?! Как это могло произойти?! Да и к тому же прямо средь бела дня…
Забежав между зданиями, я увидел контейнер для мусора и тут же ринулся к нему. Критика сидела прямо за ним, и обняв колени… рыдала?
— Не понял… — прошептал я, и подойдя ближе, присел к ней: — Милая, что случилось?
— Твою мать… Только не это… — она шмыгнула носом, и вытащив платок, постаралась скрыть следы чувств: — Как ты меня нашёл?!
— У Главы дуэта стоит система наведения. А ты не знала?
— Не знала… — Критика резко подскочила и потопала в глубь переулка.
— Стоп-стоп-стоп… Дорогуша! Так дело не пойдет. — я перегородил ей дорогу: — Либо ты говоришь, что с тобой происходит сегодня, либо я сейчас ляпну какую-нибудь идиотскую тупость.
— Со мной… *шмыг* Ещё никогда такого не было… — выдохнула она, и размахнувшись, вновь пробила мне пресс: — Уйди! *шмыг* Я не хочу, чтобы ты видел меня такой! Я сама… *хлюп* не хочу видеть себя такой…
— Больно. — потерев живот, выдохнул я, а затем сделал то, что даже представить себе не мог. Встав в боевую позу, я резко схватил Критику и обняв, прижал к себе: — Не реви! Я куплю тебе шоколадку… Хочешь?
— Пошёл на хрен, Сэведж!!! — завыла бедолага и уперла заплаканную моську мне в плечо: — Ненавижу тебя… Терпеть не могу!!!
— Тише… Я рядом…
— Это ни хрена не успокаивает… — всхлипнув, выдохнула она.
— Эх… Только никому не говори, что я так сделал, иначе засмеют. — я аккуратно погладил её по голове: — Если ты расскажешь мне, то мы вместе понесем этот груз. Вдвоем будет легче. Поверь мне на слово!
— Я не верю тебе… Не верю и никогда не буду верить… ты будешь смеяться над тем, что у меня никого не осталось на Земле… Мне некому звонить… И я ненавижу среду… ненавижу больше, чем тебя… — всхлипывая, протараторила Критика.
— Не буду. Вот прямо клянусь! А… Почему нету? Не успела?
— Успела… *хлюп* Я всё успела! У меня был потрясающий муж и два замечательных сына… А потом… Потом произошёл несчастный случай… Я кричала… Говорила, чтобы вытащили сперва их… Но эти ушлёпки вытащили меня… Потому что я офицер… А мой муж — простой программист… Потому что я полезный для службы человек… А мои сыновья — простые дети… Я хотела уволиться… Я грозилась выдать всё, что знаю иностранным агентам… Грозилась покончить жизнь самоубийством… Но они посадили меня в психушку на полгода… Они издевались надо мной и ломали… Заставляли отречься от прошлого…
— Господи! — если честно, я просто охреневал от услышанного: — И что было дальше?
— Я… Я предала свою семью… Я продолжила службу… А потом они попросили помочь… Я подписала документы, которые при нагреве меняли текст… *хлюп* Они хотели отправить исполнительную и верную своему государству собаку сюда… *хлюп* На е@@@ий Марс! И у них получилось…
— Погоди, но в таком случае — зачем ты опять пошла в оперативники? Ты наступаешь на одни и те же грабли! Надо было идти садовником или фермером… Они зарабатывают дохрена и больше!