— А то! — усмехнувшись, ответил я: — Дико хочу собственную тачку… Устал сидеть без дела.
— Говорят, что ты первый по физической подготовке. Это правда?
— Правда! Поэтому и хочу поскорее к делу.
— Хах… К делу. — Эрнесто улыбнулся, и хрустнул коробкой передач.
Вот есть на свете люди, которые всё делали очень эстетически красиво! И мой первый наставник был из таких. Он всё делал круто. Да и выглядел не хуже. Элеонора рассказывала, как раньше за Эрнесто бегали девчонки… Повод для зависти. Но больше всего мне нравились моральные устои этого человека. Он был… Черт возьми, до одурения правильным! И выглядело это не мерзко, а именно так, как надо. Без лишнего притворства… Просто такой человек. И это вызывало у меня восторг.
— А что в этом такого? Мы тренируемся на манекенах. Стреляем в тире… Время идёт, а доступа к рейтингу нет. Чувствую себя, как в лягушатнике, ей богу.
— Вроде взрослый, а говоришь, как типичный мальчуган. — усмехнулся наставник: — Слушай, разве это не здорово, что ты сидишь тут? Не рискуешь задницей в Пустошах… Не отбиваешь фермы от дикарей. Руки и ноги на месте. Все органы родные… Мне не совсем понятно твоё стремление.
— А чего же тут непонятного? Я хочу независимости. Когда много лет жил по своим устоям, и тут тебя, уже сформировавшуюся личность, начинают выкручивать на новый лад — невольно задумываешься, мол, а когда всё это кончится? Завершу подготовительный курс, получу дуэт, и будет проще.
— Ах вот, значит, как? Ты у нас абсолютный эгоист? — дядька расхохотался, обнажив ряд идеально белых зубов: — Занятно. Но я тебя понимаю. Осталось чуть меньше года, так что не переживай.
— Не переживаю. Просто считаю дни! Уж раз выбрал эту стезю — значит буду ей следовать.
— Замечательно… — радужки глаз Эрнесто внезапно моргнули, а лицо стало предельно серьезным: — Твою мать…
— Что случилось? — любопытство в мгновение ока завладело мной.
— Ренегаты… Похитили ребенка. Ладно! Малой, ты же взрослый человек, да?
— Обижаешь, начальник!
— Я к тому, что если мы сейчас стартанем на другое задание вместе — ты же не будешь орать об этом на каждом переулке?
— Кончай стебаться! Давай уже жми.
— Отлично! — двигатель «Девятки» неистово взревел, и машина подобно гоночному болиду, понеслась вперед.
Подкатив в переулок между двумя жилыми башнями, мы увидели полицейский автомобиль.
— Марк, вызови скорую… Походу дела там есть раненые. — выдохнул Эрнесто, и выйдя на улицу, резко заглянул обратно в салон: — Сиди тут и никуда не уходи!
— Понял, босс. — ответил я, и принялся вызывать помощь: — Эрис, нам срочно нужна карета скорой помощи по моим координатам.
— Приняла. Сейчас сделаю. — произнесла помощница. В то время наше с ней общение было… прохладным. Но после обновления Эрис стала более человечной. Начались приколы, ачивки и стеб. Бесконечный, мать его, стеб…
Открыв дверь, я вытащил аптечку и вышел из машины. Какой холодный воздух! Ранняя весна… В такое время года температура в Нейрополисе не поднималась выше десяти градусов по Цельсию.
Подойдя к первому полицейскому, я присел на одно колено, и вытащив антисептик, принялся обрабатывать рану. Прострелили ногу… и судя по второй дырке — пуля прошла на вылет. Мужчина потерял сознание от боли. Эх… Слабачок. Быстро наложив бинт, я направился ко второму. Этот был в сознании. Ну, по крайней мере мне так показалось. Второй полицейский смотрел в небо невидящим взглядом и как-то странно глотал воздух. Присмотревшись, я понял, что его форма почти насквозь пропиталась кровью. То-то и думаю — чего цвет такой темный? Полностью распахнув его куртку, я разорвал рубашку и понял, что дело дрянь. Куча мелких дырок украшали грудную клетку бедолаги… Но поскольку он всё ещё дышал, значит стреляли из обреза с приличного расстояния, в противном случае от органов полицейского осталось бы кровавое месиво. Единственное, что я мог сделать в такой ситуации — вколоть обезболивающее. Здесь нужен квалифицированный хирург, а не наемный солдат.
Вытащив из подсумка склянку с желтой жижей, я зарядил её в пистолет-шприц, и сделал раненому инъекцию. Он что-то невразумительно прохрипел, и тут же отключился. Накрыв полицейского своей курткой, я закрыл аптечку, и только хотел вернуться в машину, как откуда-то сверху донесся подозрительный шум.
— …ну же! Быстрее! Я не хочу на поля! — прохрипел мужской голос, и на площадку пожарной лестницы выглянул бородатый жуткий тип, лет тридцати на вид. Наши взгляды встретились, и он тут же выругался: — Агррхх… Черт! Там эта тварь… Вигилант! Валим! Валим!