— Не против. Родная, деньги не пахнут.
— Разобрались. Ты убивал людей ради денег. Хорошо. А зачем ты убил этих людей? — она явно не хотела смотреть на трупы, поэтому просто двинула головой.
— Потому что хотел спасти тебя.
— Но моя жизнь не стоит смерти пятерых человек.
— Знаешь, а моя дочь стоит дороже. Ради неё я готов вырезать целый континент. Нет… Целую планету! — улыбнулся я: — Дорогая, ты ещё мала и не совсем понимаешь, что есть мусор, и есть перспективный гражданин. Но я не намерен учить тебя жизни. Моя задача — вытащить тебя целой и невредимой.
— Целую планету… ради дочери? — с ужасом посмотрела девочка: — Она Принцесса?
— Для каждого отца, дочь — это принцесса. Я уверен, что твой отец считает так же.
— Да… Он называет меня так. Но я думала, что он лишь утрирует. Мне нужно будет провести с ним воспитательную беседу. Никаких вырезанных планет! Я за равенство людей.
— Ладно… Думай, как знаешь. А теперь, нам пора. Тебя будут ждать родители, а меня… звездюли.
— Звездю… Что это за слово? Мой встроенный словарь сходит с ума!
— Ничего. Просто, пойдем. — я протянул девочке руку: — А как тебя зовут?
— Лия… Принцесса Лия, если уж на то пошло. — по сравнению с ей маленькой ладонью, моя пятерня была, словно медвежья лапа: — А тебя?
— Марк.
— А можно я расскажу своей подруге, что знакома с настоящим киллером?
— Не уверен, что ей понравится такое…
— Как в фильме «Лион». Я ненавижу насилие, но очень… Очень люблю фильмы с перестре… лками… — взгляд девочки, как будто затуманился, и она тут же отключилась. Я едва успел подхватить её тонкое тело на руки.
С улицы послышались быстро приближающиеся шаги.
— Марк! Марк… О, господи… — запыхавшийся Эрнесто подбежал к лестнице: — Что с ней? Она жива?
— Да… Всё в порядке. Обвиняла меня в убийстве этих людей…
— Понятно. — наставник выдохнул, и спрятал пистолет: — Что же, поздравляю…
— С чем?
— Ты спас любимую дочь Генерала Васильева. — горько усмехнулся он: — Но, боюсь, что тебя теперь точно выпрут из корпуса…
Да, именно так и началось моё знакомство с Лией, бедным больным ребенком, которого ренегаты хотели выменять на трех пленных товарищей. И из Корпуса меня, естественно, никто не выгнал. Но пытались… И даже не один раз.
Лия очень щепетильно относилась ко всему живому, и даже несмотря на нелюбовь к некоторым личностям, ценила всех и каждого. Кто ж тогда знал, к чему это всё приведет?
+++
— Как такое могло произойти?! — Критика схватилась за голову, и села на корточки возле машины. За прошедшие 30 минут мы реально исползали всё вокруг! Все ближайшие подъезды, магазины, аварийные будки связи и даже мусорные урны. Некоторые прохожие останавливались, чтобы поинтересоваться, всё ли у Критики хорошо. Я не понимал их волнения. Ну, подумаешь — роется красноволосая красотка в мусорке? Что в этом такого?
Но если без шуток, я и сам начал переживать. И проблема была больше не в Генерале Васильеве, который потом скажет, что мы не в состоянии довезти до нужной точки обычного грызуна… Нет. Я больше переживал из-за Лии, для которой этот Мистер Кусь был чем-то большим, чем простой крысой.
Часы показывали почти семь вечера, и я немного уставший сел в машину. Критика последовала моему примеру.
— Я могу сообщить кому угодно и что угодно. Я всегда была крайне простой в этом плане. Знала, что существует человеческий фактор, и что далеко не всегда всё идёт по плану. — холодно произнесла напарница, бездумно глядя в потолок: — Но с Лией всё иначе.
— Согласен. Она удивительная… И меньше всего я бы хотел подставлять именно её.
— Что будем делать, Сэведж? Ты, как глава дуэта, должен принять решение.
— Вариант — пойти и купить новую крысу, мы, конечно же, рассматривать не будем.
— Совсем идиот? Будь это кто-то другой — я бы и слова не сказала. Но Лия… Во-первых, она это поймет. Потерю крысы она, скорее всего, рано или поздно простит. Особенно, если преподнести это под соусом того, что он ушёл в свою родную среду. А вот ложь… Женщины никогда не прощают ложь.
— Кончай философствовать.
— И во-вторых — она же об этом расскажет Васильеву. Он нас потом в бетон закатает за то, что обидели его ангелочка! Генерал добрый лишь до тех пор, пока проблемы не касаются его семьи. Именно благодаря доверию Васильева нас ещё не выкинули из Отдела.
— Хорошо. — тяжко вздохнув, я принял решение: — Звоню Лие, объясняю ситуацию и дальше импровизируем.