Меня бросило в жар. Только не это... Я покачала головой, не открывая глаз.
- Пожалуйста... - только и смогла сказать я. - Не надо...
Негромкий удовлетворенный смех, щелчок замка, скрип двери, хлопок. Я на четвереньках подползла к двери и дрожащими руками закрыла ее. А потом легла на пол и зашлась плачем. И то ли потеряла сознание, то ли заснула, но во сне точно видела тот день, когда я встретила Ивана. Я не стала вмешиваться в его разборки с гопниками, села за руль своей машины и уехала оттуда с тем, чтобы никогда больше не искать вампиров.
Глава 6
О кровь, как ты странно-пленительна, кровь!
К. Бальмонт
Меня всесильем при рожденьи Господь Бог отравил, А я страдаю как последний дурак; Я умираю в пустоте неразделенной любви - Я жду тебя, о мой возлюбленный враг! Канцлер ГиВ последующие дни я старалась не думать о том, что произошло ночью пятницы, 17 декабря. Я пыталась писать, но руки опускались. Моя героиня почему-то поняла, что ее тошнит от вампиров и встречаться далее со своим вампиром-изгнанником отказывалась. Ранее она сломя голову неслась выручать или врачевать любимого, теперь же она все чаще задумывалась о том, а не нужно ли будет когда-то врачевать ее саму от последствий встреч с кровососом.
В отчаянии я принялась писать другую вещицу, на сей раз фэнтези о маге-аристократе и простой незнатной девушке. Эта задумка существовала ранее в том ключе, что высокородный маг влюбляется в простолюдинку, да еще и без капли магических сил. Совершенно бесполезный набросок. Однако я села и принялась переосмысливать все заново, вдохновившись своим совершенно убитым состоянием. Теперь маг, в горе от трагедий личной жизни, подбирает девушку-простолюдинку во время дождя, очаровывает, привозит в свой дом и от души мстит ей за всех женщин, которые его предавали. " - А теперь можешь начинать кричать, - сказал он. И я закричала". Естественно, он остается безнаказанным. Героиня исчезает, чтобы явиться в момент свадьбы героя и преподнести ему и его семье несколько малоприятных сюрпризов...
Я порадовалась тому, что хоть что-то сделала.
Несколько дней я писала все подряд, все, что находилось. Три раза напилась до беспамятства. Один раз вышла на улицу. Четыре раза отказалась погулять с друзьями. Раз двести поела. Ни разу не вымыла голову. След на шее заживал быстро. Тело болело, синяки, правда, сходили хорошо. Сенсею позвонила и наврала про страшную болезнь с осложнениями по женской части. Ничего лучшего мой мозг придумать не смог. Сенсей испугался и не стал расспрашивать.
И мне снились тяжелые, дурные сны. Будто я каким-то образом попала под огромный ковш, а между ковшом и землей такая маленькая щель, что я никак не смогу пролезть. Со мной отчего-то девочка лет 11-12. Также мне виделось, будто я бегу по огромному зданию от преследователей, прячусь от них под какую-то скамью в стене, а они меня находят и почти в упор расстреливают из автомата. Во сне я чувствовала боль.
Еще снились мутные воды, в которых я плыла, боясь задохнуться, но свободно дышала под водой.
А потом как-то мне приснился Иван. И меня обожгло одной шокирующей мыслью, от которой я проснулась.
- Ксеня! - крикнула я, соскакивая с кровати.
Пока я металась по квартире в поисках какого-нибудь чистого свитера и вчерашних старых джинсов, набирала номер глупой девчонки. Конечно же, такого номера не существовало. Меня мутило от легкого похмелья, я материла эту малолетнюю сволочь на чем свет стоит.
Наконец, одевшись кое-как, я схватила телефон, ключи от машины и деньги, а потом выскочила из квартиры едва не забыв запереть ее.
Была среда, 22 декабря, значит, милые детки еще не отправились на каникулы. Я потерпела фиаско в своих попытках прощимиться в школу. Пришлось ждать напротив входа.
На большой перемене дети высыпали во двор школы. Охранник поглядывал на меня с подозрением, поэтому я не решилась подходить к Ксене, пока она не зарулила с подругами за угол школы. Тогда я пошла следом.
Я успела как раз вовремя, чтобы не дать Ксене передать сигарету после затяжки другой девочке. Мысленно я взвыла, стараясь не думать о том, какая страшная эпидемия может охватить эту школу.
Сказать, что она не была рада меня видеть - значит, ничего не сказать.
- Ну что вам еще надо? - раздраженно спросила она, когда я подошла к ним.
Девочки с интересом уже наблюдали за нами, не вмешиваясь. Даже альфа молчала.