В груди что-то сжалось, пока я, моргая, гулял, словно гость, по первому этажу собственного дома.
В конце концов я оказался в баре, спрятанном в углу большой гостиной, — комнаты, которая могла бы с легкостью разместить компанию из ста человек.
Сообразил себе свой любимый коктейль: треть бурбона, треть виски, треть скотча. Моя версия «Лонг-Айленда», которую я использовал по единственной причине – чтобы смыть мысли, захламляющие мой мозг, цунами алкоголя (прим. перев.: по классике, в коктейль добавляется Кока-кола).
Я упал на один из нескольких стульев у окна и закинул ноги на близстоящий пуфик.
Глядя на роскошно обставленное пространство, я позволил своим глазам перепрыгивать с одного предмета мебели на другой, понимая, что мало какие из них были удостоены отпечатка чьей-либо задницы.
В комнате отсутствовал телевизор, а рядом не было пульта, чтобы активировать звуковую систему. Из-за работы кондиционера звуки двигающейся по кухне Аны были приглушены. Орали лишь мои мысли. Дикие и злобные.
Я глотал и глотал, но они не успокаивались.
Высушив бокал, я ударил свой бокал о столик из березы и бронзы, ожидая каких-либо чувств.
Не желая ничего чувствовать.
В конце концов, я сделал еще глоток и отправился на поиски мобильного телефона. В действительности я хотел найти номер Пайпер, которого не было в моем сотовом. Можно было бы узнать его у Тревиса или у кого-нибудь из их офиса. Но потом я вспомнил, как он посмотрел на вечеринке на нас двоих, прежде чем я притворился пьяным.
Точнее, как он посмотрел на Пайпер. Словно ему стало противно, что она связалась с таким парнем, как я.
Если бы я не был его клиентом, он бы вышвырнул меня.
Я мог поехать к Пайпер, даже если бы был настолько тупым, чтобы сесть в таком состоянии за руль. Внедорожник все еще находился у Тревиса. А моя другая смехотворно дорогущая итальянская тачка, которую я ненавидел, с прошлой недели была у Джетта. Он взял ее покататься и не потрудился вернуть. Если бы он решил оставить ее себе, я бы не расстроился.
С хмурым видом я таращился на iphone последней модели в моих руках. Бесполезный кусок дерьма! Швырнул его на пол, но удар смягчился ковром ручной работы, сделанным в какой-то бывшей стране Восточного блока, которую я не мог выговорить. Как-то мы там выступали.
Все в этом доме и ,конечно, сам дом были куплены благодаря барабанам.
Мой успех многое мне дал. Деньги, награды, славу, бесконечные варианты того, как наслаждаться всем этим.
Но были времена, как сегодня утром, когда я понимал, как много этот успех мне стоил.
Я сделал еще один коктейль и достал свой телефон, абсолютно невредимый после его мягкой посадки. Возможно, пришло время пригласить людей в мою жизнь. Расслабиться, открыться.
Сделал еще один жгучий глоток, хрипнув, когда ликер обжег мое горло.
Пайпер и я, вероятно, развлекались в одних кругах, хотя я об этом и не догадывался. Может, если бы я чаще выбирался или устраивал вечеринки, наши пути снова бы пересеклись.
Я выглянул наружу. Яркое солнце, почти безоблачное небо. Идеальный день для пати у бассейна.
Откинувшись на спинку стула, я создал чат из всех своих контактов и настрочил огромное сообщение.
Возможно, мы сможем пересечься уже сегодня днем.
ГЛАВА 8
Пайпер
Домой я возвращалась в оцепенении: взгляд прикован к дороге, но мысли все еще в ловушке на кухне Лэндона. Что именно вызвало смену его настроения? Это было так внезапно, но так стремительно. Без явной причины. По крайней мере той, которую я бы заметила.
От кондиционера стала холодно, так что пришлось его выключить. Но моя кожа воспротивилась, покрываясь липким слоем. Как только доберусь, с удовольствием приму долгий горячий душ, а затем завалюсь в кровать с кружкой горячего чая и банкой мороженого, чередуя их друг с другом, пока мои вкусовые рецепторы не атрофируются.
Но, увы, едва я расстегнула ремень безопасности, сразу заметила, как Адам пересекает парковку и движется в моем направлении.
Ради всего святого! Я захлопнула дверь в отчаянии. Если мне суждено пройти через путь позора, почему обязательно делать его перед Адамом?
Мне и без того было стыдно. Свинцовые эмоции расползлись по моим венам, словно токсин, превратив мои конечности в тяжелые и жесткие. Лэндон принадлежал моему прошлому. О чем я думала, возвращая его в мое настоящее?
И теперь вдобавок придется иметь дело с Адамом. Жизнь чертовски несправедлива.
По крайней мере, моя.
Я все еще была одета в рубашку Лэндона, хотя все же натянула джинсы, прежде чем сесть в машину. Но нахождение в джинсах без трусов после вчерашних развлечений было своего рода пыткой.