— Уселся? — ее губ не было видно в маленьком кусочке стекла, но ее приглушенное хихиканье разнеслось по салону автомобиля.
— Да. Теперь с кровообращением все нормально, а то от этого зависит важная часть анатомии.
Смех Пайпер разлился по машине, как сладчайшая музыка, обвиваясь вокруг меня плотнее, чем нелепые велосипедные шорты.
— Твоя анатомия выглядит...
— Огромной, я знаю, — перебил я.
Ее губы дернулись, она отвела взгляд, чтобы сосредоточиться на дороге.
—Ммм-хмм.
Благодаря обзору с заднего сиденья я мог под идеальным углом любоваться шеей Пайпер, кожу которой ласкали золотые волосы, ее элегантными пальцами, сжимающими рычаг переключения передач.
У машины была автоматическая коробка, так что переключать было нечего. И все же ее мягкая ладонь лежала на твердой ручке, постукивая по ней пальчиками.
Чистая похоть вырвалась из глубины моего нутра, хотя ее должен был бы поставить в ступор неумолимый материал.
Но, по-видимому, вожделение не сдерживалось плотным спандексом. Я снова поерзал. Мои глаза изучали Пайпер, перепрыгивая от волос к рукам, в то время как мой член пытался пробить себе путь на свободу. И когда я, наконец, оторвал взгляд и выглянул в окно, мои легкие наполнил запах Пайпер. Такой свежий и такой сладкий...
Как раз тогда, когда я думал, что вот-вот выпрыгну из своей кожи, мы, наконец, проехали через открытые ворота в мою собственность.
Что это, бля?
Даже крошечная машинка Пайпер едва могла найти место для парковки среди бригады грузовиков, загромождающих мою подъездную дорожку.
Я читал логотипы, выгравированные по бокам фургонов.
«Продвинутая сантехника», ООО «Электрик Энтерпрайз», строительная компания «J&J», «Ассоциация по деревообработке», «Окна-двери-стекла», «Твой идеальный бассейн», клининговая служба, студия интерьерного дизайна «Кармен», кровельные работы «Энжелс Руфинг».
Эм, что-то не похоже на «небольшую утечку угарного газа».
Пайпер слегка икнула, открывая дверь. Я выполз следом за ней, едва замечая неудобство одежды и пытаясь изо всех сил вникнуть в происходящее.
— Мистер Лэндон! — я заметил темную голову Аны, пробирающейся сквозь лабиринт из коммерческих автомобилей. Она захватила меня в объятия, от которых в позвоночнике болезненно запульсировало, но я все-таки приобнял ее. Эта женщина спасла мне жизнь.
— Спасибо тебе, Ана. Я тебе обязан... всем. И в миллионный раз... Заканчивай уже с этим «мистером», договорились?
Она отпустила меня, и я улыбнулся своей домработнице. Она же погрозила мне пальцем.
— Нет, нет и нет, пока вы подписываете мои чеки. Но если мне снова придется спасать вашу жизнь, я уйду, ясно?
— Угу, — серьезно ответил я. — В следующий раз я сам по себе.
— Нет. В следующий раз я сама тебя прибью. — Прежде чем я смог рассмеяться, она снова меня обняла. Мои глаза встретились с глазами Пайпер над головой Аны. Девушка мило улыбалась.
Когда Ана наконец отцепилась, я взглянул на свой дом. Дверь распахивалась мельтешащими туда-сюда рабочими.
— Скажи, внутри все также плохо?
Ана покачала головой с дрожащим подбородком.
— Мне очень жаль, мистер Лэндон. Это я во всем виновата. Я забыла закрыть ворота после скорой и...
— Стоп. Если бы не ты, я бы сейчас был в сосновом ящике.
Это было правдой. Мне повезло, что я вообще здесь находился, словно мне был дан второй шанс.
Но Ана так не думала.
— Вам нужно увезти его отсюда, — сказала она Пайпер. — Мистеру Лэндону не стоит видеть свой дом таким.
— Ну, все не может быть настолько плохо. И, кроме того, — я показал на свою одежду крутого велосипедиста и двинулся к входной двери, — мне нужно переодеться.
В середине фойе были установлены деревянные балки. Я обошел их, взглянув на единственную в своем роде дутую люстру из стекла, которую прикупил в Италии во время нашего первого тура по Европе. Она висела в вестибюле нашего отеля, и я сразу понял, что она мне безумно нужна, чтобы по возвращении домой меня одолевали воспоминания о том успехе.
Теперь же она кривилась, словно кто-то спрыгнул с лестничной площадки второго этажа и решил покачаться на ней, прихватив горсти кристаллов с собой на долгую и счастливую память. Пол был покрыт брезентом, и во время шагов по нему под ногами хрустели кусочки стекла от той люстры.
Я поплелся вверх по лестнице, задаваясь вопросом, что же найду в своей спальне.
Через минуту я получил ответ.
Люди, орудующие рулетками и метлами.
Картонные коробки и мусорные баки кругом.
Воздух, воняющий сигаретами и алкоголем.
Едкие нотки духов, мочи и рвоты.
В оцепенении я побрел к шкафам, ожидая найти ассортимент одежды, выбранный личным стилистом.