Между нами не происходило никаких ссор. Почти два месяца мы с Лэндоном были неразлучны. Моя соседка по комнате практически не жила в общежитии в то время. Лэндон проводил со мной каждую ночь, так что наши тела были приклеены друг к другу на двухспальной кровати, не желая быть разделенными даже на сантиметр. А потом он просто... исчез.
Ни записки. Ни звонка. Просто пропал.
Я бы сошла с ума, полагая, что его похитили, убили или еще чего похуже, если бы не увидела пресс-релиз, в котором сообщалось, что «NothingbutTrouble» готовили новый альбом. В течение следующих нескольких месяцев вокруг их предполагаемого уединения для работы над совершенно секретным новым альбомом разгоралась шумиха. Ходило множество слухов о том, что они будут выпускать дуэты с топовыми знаменитостями...
Тем летом я ждала любых новостей. Я так жаждала информации о Лэндоне, что следила за всем, чем только можно, выйдя на «Тревис Таггерт и Кº».
Все внутри меня страдало от одиночества, а ширина моего небольшого матраса казалась километром. Ночью я представляла, как врываюсь в офис Тревиса и требую, чтобы меня отвезли туда, где держат в заложниках Лэндона.
Но я просто наблюдала со стороны, как Тревис проталкивал «NothingbutTrouble» в лучшие тусовки Лос-Анжелеса, делая из ребят группу, способную собирать аншлаги на международных площадках.
Когда я заканчивала колледж, «NothingbutTrouble» были на вершине каждого чарта и хэдлайнерами любого концерта. Их фотографии размещались в колонках со сплетнями и на стенах спален девчонок-подростков. Увидев объявление о стажировке в кампанию Таггерта в Калифорнийском университете, я подала заявку, не ожидая, что получу эту работу. Но когда меня выбрали, я чуть ли не отказалась от такого шанса.
Потом взяла себя в руки и подумала, почему я должна отказываться от возможности поработать в одном из самых крутых пиар-агентств?
Пошел этот Лэндон Кокс!
Я отдала ему свое сердце, а он в него как будто плюнул.
Я столько надрывала свой зад в колледже, имея амбициозные планы, так почему я должна отказываться от работы своей мечты из-за парня, который меня не заслуживал?
Я и без того выбрала специальность ради своего отца. Но четыре года обучения меня так и не научили, как наладить с ним контакт. Наши отношения были такими же жалкими в день моего выпуска, как и в день, когда я ушла из дома.
Поэтому я приняла предложение о стажировке, решив, что общаться с Лэндоном буду, только если возникнет необходимость... ни минутой больше.
«NothingbutTrouble» были не единственными клиентами Тревиса, так что до прошлого года я даже близко не контактировала с группой. Тогда меня приставили к Делэни. Несколько раз я чуть не столкнулась с Лэндоном за кулисами. Но удача была на моей стороне, он всегда был окружен толпой поклонниц. Я легко его тогда избегала. К тому же обычно Лэндон был пьян или под кайфом. Или и то, и то.
Было больно, находясь так близко к нему, все равно быть так далеко. Но Лэндон Кокс уже рок-звезда, а не тот милый, испытывающий трудности музыкант, в которого я влюбилась. Как сказал сам Лэндон, он стал легендой с подобающим этому фан-клубом.
А еще Лэндон был легендарным засранцем.
Кроме моментов, когда пробивались проблески мужчины, которого я знала. Мужчины, в которого я по уши влюбилась. Мужчины, которому я нравилась больше без макияжа. Которому было все равно, что на мне надето, который предпочитал меня с гнездом на голове после бурной ночи... проведенной с ним, само собой.
Мужчины, который напевал странную песню дворняге.
Лэндон был единственным человеком, с кем я могла расслабиться. В те времена он не знал всех грязных подробностей жизни моих родителей, но мне все равно не нужно было быть с ним идеальной дочерью, безупречной чирлидершей, популярной королевой красоты. Я была с ним собой. Пайпер Гастингс.
Не идеальной.
Просто Пайпер.
Пиппой.
Но ему меня не хватило.
Ни записки. Ни звонка. Просто пропал.
Ушел, не попрощавшись.
Словно я ничего для него не значила.
Боль от ощущения ненужности... Она была ужасной.
Мне не верилось, что на Земле был человек, который мог заставить меня чувствовать себя еще хуже, чем мой отец. Но он нашелся, и им оказался Лэндон.
Если бы повреждения, которые он нанес, были видны, то никакая косметика в мире не смогла бы скрыть эти раны. Но, к счастью, все мои болячки остались внутри. Где нарывали последние шесть лет.
Я стала «идеальной Пайпер, улучшенной версией». Студенткой колледжа со среднестатистическими оценками и подругами для вида из женского общества, а позже амбициозным, организованным специалистом по связям с общественностью, у которого не было клиента, с которым она не могла бы справиться. Или скандала, который она не могла бы затушить.