Следующие дни вытянулись в одну длинную монотонную полосу. С утра и до вечера я плавил медную руду и ковал из нее самое простое оружие. Медленно, но верно, кузнечное дело ползло вверх. Ульф, когда народ из кузни разбредался к полуночи, смотрел на проделанною мной за день работу и давал советы. Таким темпом я чуть было не пропустил момент, когда система сообщила мне о перезарядке умения "свободный художник". Ульф, потирая руки, сообщил мне, что после двенадцати мы начнем ковать что-нибудь легендарное. Что, в общем-то, меня немного насторожило. А когда, после ухода остальных игроков он заявил, что было бы неплохо сковать шлем, я даже на мгновение опешил. Ну уж нет. Ковать я буду только то, что мне сейчас больше всего нужно и это явно не шлем.
— Ульф, шлем я ковать, сейчас точно не буду.
Учитель пожевал немного губами с раздосадованным видом. Кто знает, может ему хотелось что-то проверить за счет моей руды. А может и что-то другое. Но через пару секунд разочарованно вздохнул:
— Ну, хоть молотобойцем поработать можно?
— Конечно. Только одна просьба.
— Какая?
— Не вмешивайся, пожалуйста. Если я зайду в тупик, я попрошу тебя о помощи. Хорошо?
Все, что нужно, Ульф мне уже рассказал. И памятуя опыт ковки меча, где я доверился чувствам, вторую легендарку из под моих рук я решил делать прислушиваясь к ним. Кузнец недовольно на меня посмотрел но, все-таки буркнул:
— Хорошо.
Итак, поскольку, 99 % своего игрового времени сейчас я трачу на кузнечное дело, то первой легендаркой для моего личного использования станет не мифриловый лук, как бы этого ни хотелось, а кузнечный молот. Легендарный молот должен, по идее, значительно облегчить и ускорить процесс прокачки кузнечного дела. Я заглянул в инвентарь и полюбовался слитками легендарного металла. Мифрил — легкий материал, потому для молота он не подойдет. Активировав "свободного художника", я достал четыре слитка инфернума и закинул их в горн. Как именно буду делать этот молот, я пока даже не представлял. Доверяться чувствам, так доверяться чувствам. Первым делом, когда слитки приобрели необходимый цвет, я соединил весь металл в один монолит и уставился на пока что практически бесформенную глыбу молота. Что же с тобой делать? Чувства, ау, помогайте мне. Так я и стоял минут пятнадцать, над постепенно остывающей заготовкой, то пытаясь почувствовать, как при работе с мечом стихий, то, поняв, что никакие чувства не приходят, обдумывая, что же теперь делать? Ничего путного в голову не приходило. Лишь сковать молот, да приделать рукоять. Скорее всего, за счет легендарных материалов получится легендарная вещь, вот только легендарка легендарке рознь. Да и чем черт не шутит, может получиться и "обычная" уникальная вещь. А филонить при использовании такого материала ой как не хочется. Нужно выложиться по максимуму и когда никаких физических, да и моральных сил не останется, тогда давить себя до тех пор, пока не смогу стоять. Просто так тратить инфернум я не собираюсь.
Ульф, глядя на меня, застывшего немой статуей столько времени, уже начал хмыкать себе в бороду, но я выкинул его из сознания и сосредоточился лишь на заготовке, не обращая внимания ни на что вокруг. Не знаю, сколько времени я смотрел в центр торца уже давно остывшего бруска инфернума в моих руках, откинув из головы все норовящие поселиться там мысли, но постепенно начало приходить чувство, что вместо монолитного молота, нужно сделать по центру отверстие. Нет, не так. Не отверстие. Полость? Да, вместительную полость. Только чувство внутри меня оформилось во что-то конкретное, как я закинул заготовку в огонь, "попросив" жар горна помочь вылепить мои чувства в куске металла.
Все, что было вокруг меня проходило мимо моего сознания. В этот момент, который мог растянуться на сколь угодно долго, не существовало ничего, кроме меня и кузнечного молота, который рождался из-под моих рук.
Положив раскаленный металл на наковальню, я воспринял как должное молот Ульфа, начавший плющить его в нужную мне форму. Сначала, я отбил кусок, который должен был закрыть полость впоследствии и начал вертеть клещами так, что заготовка медленно, но верно стала приобретать форму полого металлического прямоугольника со скошенными концами. Оставить полость незаполненной? Нет, нужно заполнить чем-нибудь. Мифрилом? Нет, чем-то жидким. Водой? Нет, все же металлом. Я не стал включать мозг, лишь полез в инвентарь и мои руки наполнились тяжестью двух кусков руды истинного серебра. Выплавил жидкий металл прямо в инфернумной ёмкости, шлак же всплыл и вывалился через края сам собой. Ну и что, что никто не использует истинное серебро в кузнечном деле. Так нужно. Где-то сбоку донесся испуганный голос Ульфа, потонув в моей голове ничего не значащим шумом. Двух кусков истинного серебра хватило, чтобы заполнить до краев мой импровизированный стакан. Выхватив, как появившуюся саму по себе эссенцию, протянутую Ульфом, я осторожно покрыл ею края моего "стакана" и, наложив сверху обработанную крышку — последнюю грань молота, отправил в горн. Пройдясь молотом по этой крышке, спаивая металл, отложил молот в сторону.