Вечер тем временем продолжался в привычном ритме. Помощницы разносили заказы, Керина мыла посуду, а мы с Грумхильдой заставляли стол тарелками и ещё успевали заниматься пирогами. Всё же, в сокращении меню есть своё очарование, но мне это не нравилось. Впрочем, это лишь временное решение и с учётом количества помощников, можно вернуться к прежнему разнообразию блюд.
За окнами трактира плавно опускались вечерние сумерки, но в обеденном зале было светло, как днём, и гости не спешили расходиться. До кухни то и дело долетали вспышки смеха, звон монет и звонкий голос Варвары, которая нахваливала похлёбку. Всё это создавало невероятную атмосферу уюта, ради которой посетители возвращались в «Сытый Вепрь» снова и снова.
Людмилу я тоже пристроил к делу, и вот уже второй час Фёдор носил ей артефакты со всего трактира. То камень с иллюзией из охотничьего домика, то охлаждающий из погреба, то на хранение в кладовой. Людмила зарядила всё и только едва вспотела. Оказалось, что с каждым нужно работать по-разному. И если одному артефакту достаточно было прикосновения, то с другим у жены охотника был настоящий серьёзный разговор.
Мы наблюдали за этим представлением, едва не открывая рты. Только Керина почти не обращала на это внимание, полностью погрузившись в мытьё посуды.
— Спасибо вам огромное, — сказал я, когда Людмила закончила работу. — Отдохните, а то вы бледная.
— Да ерунда, — отмахнулась Людмила, и я уловил в её голосе горделивые нотки. — Нужно знать, как подойти, ведь у каждого артефакта свой характер, как и у человека. С одним нужно лаской, с другим — строгостью.
Бекон, сидевший на подоконнике, смотрел на неё с явным скепсисом. Кот несколько раз фыркнул, когда она проходила мимо, и старался держаться от Людмилы подальше. А то ещё начнёт его учить, как мышей ловить!
— Мряв, — недовольно отозвался он, когда советчица вышла из кухни.
Я невольно усмехнулся, соглашаясь с ним, впрочем, как и остальные.
А Людмила тем временем отправилась во двор, изучать всё, что неправильно или плохо по её мнению лежало, стояло, висело и торчало. Надеюсь, Фёдору хватит терпения на эту невозможную женщину. Не прошло и получаса, как минотавр прошёл спросить за фонарь для улицы, а потом мы услышали скорбный вопль со стороны огорода.
— Как же у вас тут всё запущено! — в сердцах вскричала Людмила. — Грядки кривые, сорняки не прополоты, а вон тот куст вообще не туда растёт! Я сейчас всё исправлю!
Мы дружно выдохнули, радуясь, что она нашла себе занятие. Только я никак не мог понять, что она там разглядит в потёмках? Вечер уже в самом разгаре!
— А где Людмила? — в дверях кухни появилась Варвара с обеспокоенным взглядом. — У неё там заказ на столике.
— В огороде, — ответил я. — Очень занята, очень.
— Счастье-то какое! — выдохнула помощница, и я не стал её упрекать.
Как выдалась свободная минутка, я вышел во двор, чтобы проверить холодец. Бульон на сделанном Фёдором костре уже давно выпарился до нужной консистенции, став густым и золотистым. Я попробовал его на соль, добавил ещё немного чеснока, а потом снял с огня и принёс на кухню.
— Кстати, а где дети? — вдруг вспомнил я, оглядываясь. — За ними же должен Бекон присматривать!
— С нами, — раздался голос Ника из-за угла.
Оказалось, что пока мы разбирались с Людмилой и гостями, охотники не теряли времени зря и собрали возле конюшни небольшую игровую зону. Здесь был небольшие столики, лавки и детские игрушки. Ник сидел, держа на коленях младшую дочку. Она с любопытством разглядывала большую деревянную ложку, которую ей дал отец. Рядом с ними стояла старшая, Маша, и что-то серьёзно рассказывала, размахивая руками.
А Рик возился со своим сыном у другого стола. Мальчик с восхищением разглядывал лук отца, который тот держал в руках, чтобы занять ребёнка.
— У нас всё хорошо, Керина вынесла им немного похлёбки, а ещё носил на руках, — сказал Рик, заметив мой взгляд. — Мы пока с ними сидим. Одним глазом на них, другим на конюшню.
— Ещё раз спасибо, что разрешили, — добавил Ник.
— Молодцы, — сказал я искренне. — Потом ещё пирожки нужно им дать и компота.
Бекон, который вышел за мной, возмущённо мявкнул, он-то ни словечка благодарности не получил, хотя разрешил даже дёрнуть за хвост. Я улыбнулся и погладил его, сказав, что он тоже молодец и самый лучший помощник.
Ближе к закрытию охотники забрали детей, чтобы уложить их спать в гостевых комнатах, а я продолжил заниматься делами, нам ещё до отбоя работать и работать. Бульон мы с Грумхильдой разлили по глубоким тарелкам, выкладывая в каждые кусочки мяса и моркови.
Орчиха с Кериной взяли подносы и отнесли их в погреб. Я уже ставил на стол последние тарелки и заодно заглянул в системное окно, чтобы проверить статистику квеста.