— Бекон, я не могу пустить тебя на кухне, испачканного тиной! Это же нарушение чистоты!
— Мряяяв! — вопил он.
— Хорошо, но есть будешь на улице, — строго сказал я.
Это подействовало лучше любых уговоров, и через полчаса кот снова стал рыжим, а не буро-зелёным.
Оставив Рика и Ника возле конюшни, мы с Беконом отправились помогать на кухне. Я был уверен, что там без меня царит хаос, и был приятно удивлён спокойным лицом Грумхильды, которая помешивала суп в большом котле. Керина пила чай, а позади неё стояла стопка вымытых тарелок.
— Марк! — орчиха увидела меня и сунула в руки чистую ложку. — Попробуй, вроде получилось отлично.
— М-м-м, — потянул я, пригубив немного супа. — Действительно, отлично! Вот так и оставляй вас, моргнуть не успею, а вы уже свой трактир откроете и переманите всех гостей!
— Ну-ну, конечно, — проворчала Грумхильда улыбаясь. — Вы как сходили? Удачно?
— Очень! — я показал корзинку с морошкой и вытащил немного ягод. — Хотите попробовать?
— Ты ещё спрашиваешь!
Она с Кериной закинули в рот несколько штук и удивлённо переглянулись.
— Ух! Какая и кислая, и сладкая одновременно! — восхищённо сказала Керина. — Я такой в городе не видела, что это?
— Морошка. На болоте растёт. Я её продаю Тису.
— Кстати, о нём, — вскинула голову орчиха. — Он уже пришёл и ждёт тебя в зале.
— Много заказал? — настороженно спросил я.
— Нет, — она покачала головой. — Полный обед всего лишь. Но я ему полные порции налила, больше, чем другим гостям. Он за отдельным столиком сидит.
Я поблагодарил её, отсыпал из корзинки две горсти и убрал их в котомку. Остального хватит, чтобы стрясти с Тиса приличную сумму. С этими мыслями я вышел в обеденный зал. Тифлинг сразу заметил меня и приветственно кивнул. Перед ним стоял только стакан с компотом и корзинка с пирожками, остальную посуду уже Варвара унесла.
— Доброго дня, хозяин трактира, — сказал он, когда я опустился напротив. — Вижу, что у тебя для меня есть товар.
Я поставил корзину на стол, и Тис заглянул внутрь. В его глазах замелькали золотые искорки, словно эдакие бусины на старых счётах.
— Ты хочешь продать всё? — прищурился он.
— Да, — кивнул я. — Здесь примерно десять горстей.
Тис довольно кивнул и вытащил из-под плаща увесистый мешочек. Он с глухим стуком лёг на стол.
Внимание!
Квест «Морошковый промысел» выполнен
Награда: 20 золотых монет
— А что у тебя есть для меня? — спросил я у него, с трудом оторвав взгляд от этой прорвы денег.
— Выбирай, — он прикрыл глаза, а перед глазами появилось Системное меню.
«Корень Солнечной горечи»
Редкая пряность, придающая блюдам лёгкую горчинку, усиливает аппетит
Цена: 5 золотых за мешочек
«Цветы Лунного шафрана»
Добавляет блюдам золотистый цвет и уникальный аромат, повышает качество на 2 уровня
Цена: 3 золотых за щепотку
«Масло Древнего ореха»
Никогда не портится, придаёт выпечке невероятную нежность
Цена: 4 золотых за бутыль
«Перец-Стручок»
Жжёт мягче обычного, оставляет долгое тёплое послевкусие
Цена: 2 золотых за стручок
В этот раз никаких знакомых названий! А я-то ждал чего-то привычного, трюфелей или хамона! Я выбрал «Цветы Лунного шафрана» и «Масло Древнего ореха», отдав семь золотых. Тис улыбнулся и собрал свои мешочки.
— Приятно иметь дело с тобой, Марк, — сказал он и поднялся. — Надеюсь, мы ещё встретимся, — потом остановился, вытащил ещё и серебряный. — А это за вкусный ужин.
Он поклонился и тихо выскользнул из трактира. К столику сразу же подскочила Татьяна, забрала стакан с монетами, поправила скатерть и также быстро оставила меня одного.
Тринадцать золотых! Тринадцать! Это ж сколько всего можно купить и построить! Чёрт, аж голова кругом! С такими деньгами мне нужно уже сейф покупать. Интересно, а сколько стоит сейчас поставить баню? Или, может дождаться улучшения от Системы?
Я медленно отошёл от столика, как вдруг наткнулся на высокого худого мужчину в форменной одежде посыльного. Таких абы кто не нанимает.
— Добрый день, — ровным голосом сказал он. — Вы Марк Винтер?
— Да, всё верно. По какому вы вопросу?
— Вам приглашение.
Он протянул мне толстый конверт из плотной бумаги с очень знакомой печатью: орёл на серебряном фоне.
Глава 13
Конверт оказался довольно тяжёлым, словно в него вложили не просто бумагу, а как минимум инструкцию к старенькой «Ладе». Я уже понял, что это послание от графа Орлова, так что печать из сургуча хрустнула, и я извлёк плотный пергамент. Бекон вытянул шею и с подозрением принюхался к нему, будто чуял в нём нечто большее, чем просто чернила.