Судья занял своё место, громко постучал молоточком, и через минуту в зале воцарилась тишина. Зрители переводили взгляды с меня на Андрея, замерев от любопытства.
— Заседание по делу о праве на наследство и земли рода Винтеров объявляю открытым, — провозгласил судья. — Вчера было установлено, что Марк Винтер является законным представителем рода Винтером. Истец, Андрей Винтер, заявляет, что имеет в своём распоряжении некий документ, который подтверждает, что он единоличный владелец вышеуказанного наследства, включающего в себя и трактир «Сытый Вепрь». Прошу представить его.
Адвокат Андрея неторопливо поднялся, поклонился всем присутствующим и вытащил из папки пожелтевший пергамент с красной печатью. Лицо адвоката светилось торжеством, а документ он держал с величайшим почтением. Буквально кончиками пальцев.
— Ваша честь, — начал адвокат, — перед нами подлинное завещание Демьяна Винтера, написанное им за несколько месяцев до смерти. В нём он ясно и однозначно указывает, что все его земли, имущество и трактир «Сытый Вепрь» переходят в собственность его старшего брата Ивана Винтера, а в случае его смерти — его сына, Андрея Винтера. Отдельно замечу, что никаких упоминаний о Марке Винтере в завещании нет.
В зале поднялся шум. Люди начали перешёптываться, кто-то ахнул, кто-то покачал головой.
— Как такое может быть? — негромко спросил Кублицкий, не поднимаясь с места. — Я проверял все документы лично, и сейчас впервые вижу это завещание.
— Ещё один удачно найденный документ, — добавил Шубин с ироничной улыбкой.
— Господин казначей, — холодно ответил адвокат, — увы, у меня нет полномочий проверить вашу деятельность, раз у вас нет таких важных документов в архиве. Но завещание, которое я держу в руках, — последняя воля Демьяна Винтера. Оно заверено компетентными лицами и имеет все необходимые печати.
Судья нетерпеливо махнул рукой, и адвокат передал ему пергамент. На несколько мгновений воцарилась тревожная тишина. А я решил из чистого любопытства, запустить «Распознавание магии», уж очень точно высказался Шубин. Слишком вовремя, слишком удобно, слишком правильно.
Пока я смотрел на дымку, которая прошлась по всему залу и подсветила мне охранные и защитные артефакты, судья внимательно осмотрел пергамент и нахмурился.
— Документ выглядит подлинным, — сказал он задумчиво. — Но я должен проверить его более детально.
— Конечно, ваша честь, — кивнул адвокат и передал пергамент судье. — Мы готовы предоставить его для экспертизы.
Я коротко улыбнулся, ведь дымка заклубилась возле судьи, и документ в его руках засиял тревожным фиолетовым светом. Вот так вот! Значит, я правильно думал. Последний ход Андрея. Интересно. Внутри меня не было паники, лишь ледяное спокойствие. Навык «Холодная голова» работал идеально, отсекая лишние эмоции. Бекон у моих ног тихо заурчал, и я погладил его, давая понять, что всё под контролем.
Андрей смотрел на меня с торжеством, явно ожидая, что я вскочу, начну кричать, оправдываться, но нет. Я продолжал сидеть, глядя на него с лёгкой усмешкой, словно происходящее меня не касалось. Его улыбка начала угасать, быстро сменяясь раздражением.
— Что вы скажете в свою защиту, господин Винтер? — спросил судья, поворачиваясь ко мне.
Я с ленцой поднялся, делая вид, что весь этот цирк меня утомляет. Бекон встал рядом, и зрители затихли, ожидая моего ответа.
— Ваша честь, — сказал я, и мой голос прозвучал ровно и спокойно, — для начала, мне важно узнать, что скажет экспертиза по поводу этого документа. Ранее я никогда не слышал, что у моего деда, Демьяна Винтера было завещание. А с учётом событий вчерашнего дня хочется быть уверенным, что документ подлинный.
По залу прошёл шепоток, и судья схватился за молоток.
— Тишина! — он глянул на меня, а потом перевёл взгляд на помощника. — Пригласите дежурного эксперта.
В зале началась суета. Кто-то из чиновников выбежал за дверь, и через несколько минут вернулся с пожилым мужчиной в синей мантии с серебряной вышивкой. В руках он держал посох с сияющим кристаллом наверху.
Андрей вздёрнул подбородок, а адвокат откинулся на спинку стула. Они оба выглядели уверенными в своих силах. Что ж, посмотрим на их лица, когда завещание проверят.
— Ваша честь, — вдруг поднялся с места адвокат, — мне необходимо отметить, что воздействие на документ магией может его разрушить. Мой сотрудник наложил защитное заклинание, которое помогает сохранить текст от повреждений. Это и увидит ваш эксперт.