Продвигаясь вперёд, Мирон быстро осознал, что их шансы на успешный прорыв стремительно уменьшаются — враги окружали их быстрее, чем войска успевали отступать. Понимая, что они могут оказаться в ловушке, он принял решение отправить гонцов с сообщением. В этой ситуации каждое мгновение было на вес золота, и он действовал с максимальной скоростью.
Они получили чёткие указания: сообщить королю, что переправа не была уничтожена. Несмотря на это, солдаты будут удерживать монстров столько, сколько смогут, сражаясь до последнего. Мирон осознавал, что это известие необходимо для пересмотра общей стратегии обороны.
Услышав тревожные известия от гонцов, Алексарион ощутил всю тяжесть ситуации. Он знал, что его войска смотрят на него как на символ надежды, и не мог позволить себе даже намёка на отчаяние. Король оставался уверенным и решительным, ободряя своих воинов, которые, несмотря на усталость и потери, продолжали держаться.
Вечером ситуация ухудшилась ещё сильнее, когда последний прибывший гонец подтвердил его худшие опасения. Он сообщил, что видел, как Мирон и его войско сражались, окружённые ордой монстров тьмы. По его словам, они боролись с отчаянной смелостью, но шансы на их выживание казались невероятно малы.
Король решил использовать своё самое могущественное заклинание — "Свет Небес." Это был один из последних резервов, способных кардинально изменить ход сражения. Алексарион начал концентрировать всю свою магическую энергию и силу воли, зная, что заклинание требует не только его магической мощи, но и предельного сосредоточения.
Когда он был готов, он активировал заклинание. Небеса разорвались ослепительным светом, который, казалось, лился прямо из самого сердца короля, заливая поле битвы сиянием. Он распространился по всему полю, охватывая и пронизывая орды монстров. Для существ, связанных с тьмой, этот свет был непереносим — он разъедал, испепелял и растворял их, заставляя исчезать в вихре магической энергии. Заклинание не только сократило численность врагов, но и значительно укрепило моральный дух его войск. Солдаты видели, как тьма отступала перед их королём, и, окрылённые этой победой, были готовы к новым свершениям.
Однако Алексарион знал, что такое заклинание, требующее огромных ресурсов, и он не сможет снова использовать его в ближайшее время. Понимая это, он решил использовать паузу максимально эффективно. Часть войск была направлена на стратегически важную задачу — уничтожение переправы и спасение оставшихся солдат.
Вскоре вернувшиеся солдаты доложили о выполнении задачи: переправа была разрушена, поток монстров перекрыт, и многие воины были спасены. Но весть о том, что сам Мирон пал в бою, принесла горечь. Он сражался до последнего, защищая своих людей и королевство, и его жертва не осталась незамеченной.
Глава 16
На следующий день, стоя на фланге, Гримсток осознал, что момент для решительных действий настал. Его острый взгляд выхватил у реки новую возможность переправы. Понимая всю серьезность ситуации, он занял место Мирона, взяв на себя задачу укрепить ослабленные ряды. Гоблин мгновенно распорядился задействовать подкрепления, недавно прибывшие из соседних земель. Эти новые силы были развёрнуты так, чтобы прикрыть уязвимый фланг, на котором пали лучшие воины прежнего командира.
Тем временем войска короля, отдохнувшие накануне, но вновь прошедшие сегодня через кровавую бойню, стояли изнурённые и обессиленные, мечтая о краткой передышке. Воинов охватывала слабость, некоторые тяжело оседали на землю, переводя дыхание и ощущая боль от полученных ран. Но их отдых был недолгим. Из мрачной тени леса начали появляться новые существа. Масштаб их фигур и глубокий рёв, исходящий из их глоток, поглощали лесную тишину, предупреждая о надвигающемся кошмаре. С их появлением небо стремительно темнело: густые чёрные облака заслоняли солнце, превращая ясный день в зловещие сумерки. Этот мрак, казалось, наделял монстров нечеловеческой силой — в их тени росла и множилась угроза для обессиленных войск.
Алексарион, быстро осознал, что промедление может обернуться гибелью для армии. Его голос — твёрдый и непоколебимый — эхом разнёсся по полю сражения, прорываясь сквозь общий шум. Он отдавал чёткие команды, чтобы воины встали в оборонительные ряды. В его взгляде была стальная решимость, ибо он знал: если мрак окончательно поглотит поле битвы, монстры станут ещё более свирепыми и, возможно, непобедимыми. Солдаты поднимались, стирая кровь и грязь со своих лиц, и выстраивались в оборонительные позиции, понимая, что от этого боя зависит всё.