В центре деревни возвышалась величественная статуя, изображающая богиню орков — Крунту. Это было удивительное творение: статуя вырезана из живого дерева, которое продолжало расти. Ветви, пробивавшиеся сквозь тело богини, были живым подтверждением того, что она не просто символ, а сила, связанная с самим лесом. Орки верили, что эти ростки делают статую живым воплощением их богини, дышащим и растущим вместе с ними.
Площадь вокруг неё была сердцем деревни. Здесь проходили все важные события: праздники, ритуалы, обряды почитания и советы старейшин. В такие моменты, когда зажигались костры, всё вокруг оживало. В воздухе витали ароматы приготовленных на огне блюд, звучал смех и разговоры. Орки и гоблины собирались вместе, разделяя радость и гордость. Каждый здесь чувствовал себя частью большого, могущественного народа, связанного не только кровными узами, но и общей верой в свою богиню и почитанием природы.
Друзья прошли по тропинке, направляясь к дому Гримстока, который находился на окраине деревни, там, где лес снова начинал оплетать её. Это место казалось почти сказочным — кроны деревьев накрывали землю густой тенью, словно защищая жилище от внешнего мира.
Дом выглядел как естественное продолжение леса. Крыша была так густо покрыта зелёным мхом и мелкими кустарниками, что строение походило скорее на холм, чем на постройку, будто созданную самой природой.
Когда они прибыли, их встретили многочисленные братья и сестры гоблина — шумное собрание ярких личностей. Они сразу же начали расспрашивать гостя, обмениваться историями и шутками. Алексарион, хоть и был здесь впервые, не чувствовал себя чужим. Атмосфера была тёплой и гостеприимной. Гоблины рассказали, что их родители отправились помогать с подготовкой к празднику.
— Они всегда вовлечены в жизнь деревни, особенно когда речь идет о таких значимых событиях, как сегодняшний праздник, — объяснил один из братьев. — Праздник — это наше глубокое наследие, способ поддерживать связь с предками и чествовать богов, дарующих нам силу.
Братья и сестры Гримстока с удовольствием рассказывали Алексариону о своей богине, которой посвящен этот великий день:
— Крунта — это не просто богиня войны. Она символизирует силу, стойкость и непоколебимую волю нашего народа. Её образ воплощает всё то, что делает нас такими — способность выживать в самых суровых условиях и побеждать, несмотря ни на что.
— Мы часто изображаем её как могущественную воительницу, облачённую в доспехи, украшенные символами земли. В её руках — оружие, которое одновременно разит врагов и защищает наш народ. Её образ вдохновляет нас на борьбу, даже в самые трудные моменты, — продолжал другой.
— Но она — не просто символ мощи. Мы верим, что богиня дарует нам не только физическую силу для битвы, но и проницательность для принятия правильных решений. В её образе воплощена великая сила, которая помогает нашему народу преодолевать трудности не только на поле боя, но и в повседневной жизни. Когда мы молимся ей, мы просим не только о силе тела, но и о ясности ума, чтобы с честью справляться с вызовами, которые посылает нам жизнь, — сказала сестра.
— Она также является нашим символом единства, — продолжил другой брат. — Мы верим, что под её защитой наши кланы сильны не только как воины, но и непобедимы как единый народ.
— Многие наши ритуалы проходят у подножия её статуи, — добавила младшая сестра. — Во время этих церемоний мы приносим ей дары, символизирующие наши достижения и победы. Она тесно связана со стихией земли, и мы чествуем её через всё, что добываем и создаём.
Алексарион, внимательно слушая, задал вопрос, который давно крутился у него в голове:
— Но ведь Крунта — богиня орков, а не гоблинов, верно?
На его слова один из братьев кивнул и начал объяснять:
— Ты прав, она прежде всего почитается как богиня орков. Но её влияние выходит далеко за пределы одного народа. Она была женой Армондора, великого божества кузнеца. Их союз был символом баланса — гармонии между её силой и его мастерством.
— Они стали символом не только для орков, но и для других народов. Вместе они показали, как можно достичь гармонии через сотрудничество. Перед тем как покинуть наш мир, они оставили наследие — напоминание о своей любви и союзе, — продолжила сестра.
— А мы и есть это наследие, — вмешался другой брат.
Алексарион с любопытством заметил:
— Но я не видел в вашей деревне статуи вашего отца, бога Армондора.
На его слова братья и сестры Гримстока обменялись значительными взглядами, и их лица приняли сложное выражение, отражающее глубокие и противоречивые чувства.