Мира, заметив его уход, немного поколебалась. Она смотрела ему вслед, и её взгляд был полон сомнений и раздумий. Ей казалось, что у неё есть что-то важное, что она должна сказать Алексариону, но она не знала, как и когда это сделать. Её нерешительность отражалась в глазах, но в то же время она чувствовала, что больше не может откладывать этот разговор.
Она начала следовать за ним, держа дистанцию, чтобы он не заметил. Её шаги были тихими, но уверенными, хотя сердце всё же сжималось от волнения. Когда они подошли к храму, Мира сделала глубокий вдох, собираясь с духом. Она понимала, что предстоящий разговор может многое изменить в их отношениях, и этот момент был важен для неё.
В это время Алексарион, собрав всю свою смелость, подошёл к девушке, которая занимала его мысли уже долгое время. Его сердце колотилось так, словно вот-вот выпрыгнет из груди, а руки, сжимавшие букет, слегка дрожали. В голове мелькали подготовленные слова, но, когда он наконец откашлялся, привлекая её внимание, и она обернулась к нему, все мысли моментально улетучились. Её взгляд, тёплый и ясный, заставил его сердце биться ещё быстрее.
Он остался без слов, чувствуя себя уязвимым под её вниманием, но, собравшись с духом, просто протянул ей букет, в котором было столько чувств, которые он не мог выразить словами. Девушка хихикнула, принимая цветы, и с улыбкой сказала:
— Я давно ждала, когда ты наконец подойдёшь.
Эти слова заставили Алексариона замереть от удивления. Он почувствовал, как на его лице отразилось испуганное удивление. Ему стало трудно найти слова.
— Я заметила, как ты за мной наблюдаешь, — продолжила она. — Мне было интересно, когда ты решишься сделать первый шаг.
Его сердце бешено билось, смешивая волнение, счастье и немного стыда за свою неуверенность. Он пытался обдумать её слова, не зная, как реагировать, но потом, с робкой улыбкой, ответил:
— Я… я действительно долго думал об этом. Я только не хотел казаться навязчивым. Ты… ты действительно это заметила?
— Конечно, заметила, — ответила она. — Ты же не так уж и скрывался. Этот букет прекрасен. Откуда он у тебя?
Алексарион, услышав её вопрос, немного смутился, но постарался ответить уверенно:
— Это долгая история, но я очень рад, что они тебе понравились.
Когда она вдохнула аромат цветов, её лицо озарилось ещё более яркой улыбкой. Её глаза засияли, и она искренне сказала:
— Они прекрасно пахнут… Спасибо тебе, это действительно особенный подарок. Кстати, меня зовут Лина. А тебя?
Он, чувствуя, как волнение снова охватывает его, ответил:
— А меня зовут Алекс.
В этот момент, оставаясь в стороне, Мира наблюдала за ними. Её сердце сжималось, а на лице отражалась глубокая опустошённость. Слёзы медленно набегали на её глаза, и она почти не могла скрыть свою боль. Она всегда чувствовала особую связь с Алексом — их дружба была крепкой и близкой, и Мира надеялась, что со временем она перерастёт во что-то большее.
Она никогда прямо не говорила ему о своих чувствах, боясь разрушить то, что у них было. Но сейчас, видя, как он общается с другой девушкой, её сердце разрывалось от боли. Это был момент осознания — она поняла, что её чувства к нему были намного глубже, чем она думала.
Мирон, увидев, как его сестра расстроена, сразу попытался найти виновника. Он подошёл к ней с решимостью в глазах и сказал:
— Мы с Алексом сейчас всё уладим. Только покажи, кто тебя так расстроил.
Мира, понимая, что её брат может неправильно понять ситуацию и создать ещё больше проблем, поспешила его остановить:
— Нет, пожалуйста, остановись. Это не то, что ты думаешь. Никто меня не обижал. Это… просто мои собственные переживания. Мне просто нужно время, чтобы всё осмыслить.
Мирон, оглядевшись вокруг, заметил друга и сказал:
— Алекс вон там общается с довольно симпатичной девушкой.
Мира, пытаясь скрыть свою ревность и разочарование, холодно фыркнула:
— Она так себе.
Мирон, не понимая всех тонкостей происходящего, лишь усмехнулся:
— Вроде симпатичная.
Однако в этот момент, глядя на сестру и её реакцию, он вдруг понял, что проблема гораздо глубже, чем казалось на первый взгляд. Его взгляд остановился на ней, и выражение его лица изменилось. Теперь оно было не таким легкомысленным — в нём читалась проницательность, будто он наконец начал соединять все точки. Он видел, как она реагировала на Алекса и девушку, и медленно осознал, что дело не в том, что кто-то её обидел, а в её собственных чувствах.