Ближайшие военные силы фараона находятся в далекой Анибе, расположенной где-то между первым и вторым порогами. Это, как минимум, месяц пути.
Неферхотеп спустился вниз, где уже завершали построение приданные ему два отряда уарет. Нет, теперь за вычетом отсутствующих караульных и ушедших с Усернехетом солдат, даже менее чем полтора.
К нему сразу подошли командиры уарет: Амени и Псусеннес. Под командой последнего был неполный отряд (подразделение уарет традиционно комплектовалось из 200 солдат).
- Скорей всего, ожидать возвращения караулов уже вряд ли имеет смысл. – сообщил свою мысль Псусеннес.
- Согласен. Что еще хочешь сказать?
- Все, на кого мы сейчас можем рассчитывать, стоят перед тобой. Мы или занимаем глухую оборону, и тогда шансов уцелеть – никаких.
- Или?
- Или прямо сейчас рвем когти в сторону порта, и захватываем один из кораблей. А там – как пойдет.
Когда колонна ощетинившихся копьями солдат стала быстро вливаться в одну из ведших к Нилу улиц, в воздухе засвистели первые стрелы кушитов.
Немногим более месяца спустя, Северный Судан, южно – кушитское царство. Вторая половина дня семнадцатого февраля тысяча четыреста тридцать второго года до новой эры. Увидев, что со стороны пустыни к восточному въезду в столицу Верхней Страны приближается вооруженная группа кочевников, солдаты караула решили запереть городские ворота.
Позже прояснилось, что командиру стражников не успели, или не сочли нужным довести информацию о возможном прибытии в Керму посольства от племенного союза обитавших в Нубийской пустыне блеммиев. Руководящий аппарат в городе был несовершенен: в результате удавшегося мятежа в Керме недавно поменялась власть. Этот факт не мог не насторожить многих соседей по региону, так как ранее на протяжении многих веков народы из окрестных пустынь были презренными данниками кермаитов. Предел этой традиции был положен несколькими поколениями назад, когда государственность Южного Кушитского царства была уничтожена действиями египтян. Разумеется, когда режим рухнул, на голову всех кермаитских данников свалилась независимость. Если египтяне позволят утвердиться в Керме самовольно провозглашенному правителю, каких шагов можно от него ожидать? Разумеется, сейчас он пребывал в ожидании близкой войны с северным соседом, и сильно рассчитывал на поддержку обитателей соседних пустынь. Однако память о былом величии царства Кермы была еще жива. Именно по этой причине горожане даже из неимущих слоев населения отказывались воспринимать обитателей внешнего мира, как равных.
Блеммии знали об этом. Вид запираемых перед носом ворот не прибавил им уверенности, но как ни в чем ни бывало, они упрямо продолжали идти вперед.
Изнемогая от безделья, за ними с высоты двух въездных башен с тупым безразличием наблюдали дозорные.
Когда небольшая процессия уперлась в ворота, ее предводитель выхватил из руки рядом стоявшего спутника дротик, и тыльной стороной древка настойчиво постучал в дверное полотно. Вернув оружие назад, он приложил ладони ко рту, и громко позвал:
- Эй, вы там! Впустите нас! Мы пришли с миром!
- И что это меняет? – Ответил кто-то из стражников сквозь дверное полотно. - Группам посетителей более десяти человек в город входить запрещено!
Не без ехидства кто-то рядом с ним уточнил:
- Особенно тем, кто приходит из вашей стороны!
- Разумеется! – Пробормотал себе под нос лидер кочевников, и громко сказал в дверь:
– Мне нужно переговорить с вашим командиром!