Бог Белючей
Александр Шуванев
Когда – то давно верховские ительмены
Жили хорошо в своём племени.
Но однажды тойон племени, Чупак – жу
Не принёс Богу Билючею моржу.
Бог обиделся, скинул перчатки
Удача покинула народ с реки Камчатки.
Рыба не шла в запоры и сети
Звери обходили западни эти.
Плохо стало людям, не посебе
Боги были глухи к ихой мольбе.
Ехал из Уэролатына в Машуру
Не вечером, а ещё по утру.
Нарта – дряхлый станок
Ехал старый, лысый ительмен Канок
Упряжка – шелудивые псы гуртом
Канок лениво похлёстывал прутом
Прут Канока был из тальника
Не кормленые псы бежали усталенько.
Упряжка пересекла куропачий путик
И тут Канок услыхал слабый крик
В сугробе кто – то барахтался, кряхтел
Канок увидел человечка, согреть захотел.
Человечек был маленький с ладонь
Протянул Канок руку, как огонь.
Человечка осторожно ухватил
И к груди своей тёплой посадил.
Тело человечка отходить стало
И он царапал грудь камчадала.
Канок терпеливо боль переносил,
Ласковые слова малышу говорил.
До Машуры оставалось полдня пути
Человечек вылез на плечо с груди.
- Сидел бы ты там, малышок –
Пробурчал лениво ительмен Канок.
Человек топнул по плечу ножкой
И закричал с угрозой немножко.
- Изрублю! Истопчу! Запинаю!
Я тебя уже сейчас запоминаю –
- С кем разговариваешь, вонючий грибок?!
Я – Билючей, великий Бог! –
Канок остановил упряжку тревожно,
Поставил Бога на шкуру осторожно
- Мы Богам вовсе не враги! –
И угостил вкусным блюдом - галги:
- Прости, великий Бог! Разве подумать я мог,
Я думал ты простой человек, а ты великий Бог –
- Думал, думал, - пробурчал Билючей,
- А не видел, кто я и чей? –
- Меня куропачья упряжка потеряла
Почему долго не ехал? Мне холодно стало.
Канок понурил голову мгновенно
Билючей забрался на малахай ительмена.
Зкричал громким голосом: - И – и – и!!!
Прибежали, толь куропатки, толь глухари.
- Ладно, прощаю, - сказал Билючей
- Помни, что я Бог и помни чей! –
Канок наконец приехал домой
Обнялся со старой Кылпаш – женой.
Улеглись они со старухой спать
Утром рано, пора вставать.
Хотел Канок голову почесать, чубастая,
А рядом жена молодая, грудастая.
Из детского угла услыхал он крик,
Там описался сынок Канока – озорник.
Который умер лет тридцать назад
На улице мощные псы в новой упряжке стоят.
Так Бог Билючей отблагодарил ительмена
С тех пор камчадалы кладут прут непременно.
Постукивают прутиком по снегу,
А вдруг повезёт в охоте с разбегу.
Билючей вспомнит отблагодарит,
Многим повезло, легенда говорит.
Легенда о Кутхе
Александр Шуванев
Когда – то камчатские аборигены
Считались детьми ворона Кутха верными.
Ворон Кутх пролетая над водой,
Приказал своему сыну, стать землёй.
Сам на лыжах шёл по земле
За ним оставались впадины на траве.
Образовывались ущелья, долины,
А по краям горы неоспоримо.
И чтобы не замёрзло всё живое на земле
Вдохнул Кутх горячий воздух на горе.
Придумал невиданной красоты зори,
С изумрудным ягельником поле,
Да бисером брусники приятной,
Шикши, морошки ароматной.
В каждой долине Кутх реки пропрудил,
Чавычу и кижуча в реках разводил.
Которые в морях нагуляются,
В реки свои возвращаются.
Потомство после себя оставляют
И в родных краях умирают.
Людей сотворил, чтобы в согласии проживали,
Природу берегли, да себя размножали.
Обучил Кутх, людей ремеслу,
Да весёлым нравам, несть числу.
Чтобы без грусти и печали жили,
Жизнь подольше сохранили.
Убедился, что крепкий духом проживёт,
Согретый юмором, народ не умрёт.
Кутх окутал землю дымкой, её притая
И улетел в неведомые края.