– Скотт, я… – я говорила невнятно, а мой голос стал заплетаться и дрожать.
– Можешь ничего не объяснять. Это было обоюдное желание,
– Я просто перепила. Я не хотела вводить тебя в заблуждение и ставить нас в неловкое положение.
– Я, вроде, первый поцеловал тебя, а это был ответный реванш с твоей стороны – Скотт ухмыльнулся своей пьяной и самоуверенный улыбкой – Один-один, док.
– Понимаешь, я всю жизнь держу образ холодной и бесчувственной блондинки, которая не допускает проявления чувств и эмоций. Моя мать учила меня быть всегда такой и никогда не позволять себе эмоциональных вольностей. Но знаешь что?
– Что же?
– Я устала от этого. Я хочу чувствовать внутри себя эмоции, радость, счастье, любовь… – на последнем слове я осеклась и замолчала.
– И ты должна это все ощутить. Ты этого достойна, Лив. А на свою мать и ее запреты наплюй. Живи своей жизнью.
– Надеюсь, после этого эпизода наши с тобой отношения не изменятся, и мы останемся как прежде друзьями?
– Я могу тебя заверить, что мы оба завтра и не вспомним об этом эпизоде. Мы с тобой настолько пьяны, что все это померкнет завтра, оставив после себя жуткую головную боль.
– Я надеюсь на это. А то я буду испытывать жуткую неловкость перед тобой. Я не хотела показывать тебе свои эмоции и выставлять себя слабой.
– Ты не слабая – Скотт резко притянул меня к себе и вновь заключил меня в свои объятия – И я рад, что ты доверяешь мне настолько, что открыла мне часть своей души.
– Скотт, можно личный вопрос?
– Думаю, что в нашем состоянии этот вопрос не имеет смысла. Так что смело спрашивай меня обо всем, что тебя интересует.
– Как думаешь, ты любил когда-то?
– Наверное, любил. Но раз я до сих пор один, могу сделать вывод о том, что эта любовь была не настоящей.
– А вот я за свои двадцать семь не любила никого по-настоящему.
– И не спеши с этим. Порой, любовь приносит нам сильную боль и доставляет неимоверные страдания.
– Почему ты так решил?
– Не могу сказать тебе точно, но во мне утвердилось устойчивое мнение на этот счёт.
– Значит, ты столкнулся с чем-то подобным в своей жизни и твой разум установил себе подобную установку на подсознательном уровне.
– Даже пьяной, ты все ровно включаешь доктора Вильямс – Скотт засмеялся, чем вызвал ответную улыбку на моем лице – Лив, спасибо тебе за этот вечер. Он однозначно станет одним из счастливейших воспоминаний в моей жизни.
– Не за что. Я постараюсь создать тебе как можно больше подобных воспоминаний.
– Лив, могу я в нашем пьяном разговоре позволить себе не совсем нормальные вопросы?
– Как ты мне ранее сказал в нашем состоянии нет смысла в этих ненужных никому вопросах.
– Что за парень был у тебя на приеме недавно?
– Ты о Томе? – вопрос Скотта застал меня врасплох и немного отрезвил мой ум.
– Я не знаю его имени. Кто он?
– Он мой пациент. С ним вышла довольно странная история, на самом деле.
– Что за история?
– Он ошибся номером и позвонил мне, вместо моей коллеги из Стэнфорда. Мы договорились о сеансе психотерапии, но как я могу судить, она ему не требуется. Парень банально хотел пригласить меня на ужин.
– Вот как? Так он пытается за тобой ухаживать?
– Видимо да, но не могу утверждать однозначно. А в чем дело? Почему ты интересуешься?
– Веришь или нет, но на одно мгновение он показался мне знакомым. Мне показалось, что я его раньше видел.
– Ты его видел?
– Может, эта была иллюзия или я видел кого-то похожего, но что-то в нем показалось мне знакомым.
– Это довольно странно. Том недавно переехал в Пало-Альто, а до этого вроде жил где-то в Европе. Маловероятно, что вы могли где-то видеться.
– Говорю же, я могу и ошибаться в своих выводах. Но просто будь немного осторожнее. Он какой-то странный.
– Скотт, я разберусь в своём обществе.