К этому времени двое Астартес вышли к устью лощины, где она поднималась к поверхности. Впереди они заметили устрашающие баррикады, построенные гвардейцами-предателями. Штыки еретиков ярко блестели на солнце, вынырнувшем из штормовых туч. Десятки солдат ожидали Астартес и тряслись от страха — ведь им казалось, что из черного ущелья хлынет целое войско космодесантников.
— Вознесем хвалы матери-Фенрис, — сказал Хротгар Кровавый Коготь, — за то, что она вывела наших друзей прямо на нас! Какое же это будет великое воссоединение! Я обниму их вот этими окровавленными руками и подарю им счастливую смерть!
— Теперь я вижу, что войне милы юность и бесстрашие перед лицом опасности, — ответил Дегалан, — а старых и мудрых она не привечает. Ступай, брат Хротгар! Поприветствуй их так, как жаждет твое молодое волчье сердце! И помни также о Железном Волке, который хранит мастеров кузни нашего ордена — той самой, где была откована твоя броня. Доверься ему — и твои доспехи отразят лазерный огонь и вражеские пули. Иди с ним в битву!
Хротгар и в самом деле вспомнил о Железном Волке, чья шкура устоит даже против зубов кракена — грозы океанов Фенриса. И юноша выскочил из тьмы лощины на солнечный свет. Солдаты, все как один, открыли огонь. Вокруг молодого Астартес, словно кровавый дождь, заметались красные лазерные лучи. Но его доспех отражал удары. Мастера Клыка хорошо усвоили поучения Железного Волка.
О, если бы у меня нашлись слова, чтобы описать Хротгара в этот кровавый час! Его броня по локоть окрасилась кровью, а крики его врагов были как завывание вьюги в горах. Он перепрыгнул через баррикады, которые соорудили предатели, — и не успел приземлиться, как люди вокруг него уже начали умирать. Он обнажил цепной меч, и беспощадные зубья вгрызлись в мясо и кость. Одному из еретиков он пробил кулаком горло, движением запястья высвободил руку и уже в следующее мгновение размозжил своей жертве череп. У другого он вырвал лазган и насадил солдата на штык. Некоторые из предателей угодили под лазерный огонь товарищей — те беспорядочно палили во все стороны, ибо в каждой тени им мерещились Астартес.
Дегалан вступил в бой вслед за Кровавым Когтем. Один из командиров организовал контратаку, и несколько его солдат пошли на Хротгара, выставив штыки. Дегалан прыгнул в самый центр схватки, и десантный нож заработал. Длинный Клык отсекал руки и головы, а когда перед ним очутился офицер, он заключил еретика в медвежьи объятия и вышиб из него дух.
Гвардейцы пустились в бегство, но Хротгар еще не закончил. Он преследовал врагов по скальным выступам, под которыми те думали укрыться. Он вытаскивал их оттуда, подобно охотничьему псу, извлекающему зверя из норы, и тут же убивал. Когда еретики пытались снять его снайперскими выстрелами с высоких склонов, он предоставлял своей броне отражать огонь, а сам взбирался на скалы, поднимал противников над головой и швырял в пропасть, где они разбивались о камни.
Кровь, текущая из ран еретиков, мгновенно замерзала — потому что мать-Фенрис даровала Астартес день ясный, но такой холодный, какой редко случался даже в окрестностях Клыка. Кровь сыпалась как пригоршни морозных рубинов. И вот уже Дегалан и Хротгар остались одни в центре поля, покрытого драгоценными камнями цвета крови — такими яркими и обильными, словно кровоточила сама мать-Фенрис. Убийства утомили Астартес, и оба тяжело дышали, как вдоволь поохотившиеся хищники. Дыхание их возносилось вверх белыми клубами. Космические Волки были с ног до головы покрыты кровью. Кровь испятнала их лица, их доспехи, так что метки стаи и тотемы Великих Рот стали почти неразличимы. Каждый из них молча вознес хвалу Фенрису за славную охоту. Они возблагодарили даже кардинала Бухариса за его глупость и гордыню — ведь именно он послал им такую богатую добычу.
Впереди возвышался Клык, где боевые братья ждали вестей об их свершениях. Повсюду лежала растерзанная добыча, и вокруг них и над ними простиралось ослепительное величие матери-Фенрис. Что еще нужно Космическому Волку? Это и вправду был удачный день — желаю вам, юные Волчата, побольше таких дней впереди.